Книга Ты умрешь в Зазеркалье, страница 98 – Юлия Лист

— Он на самом деле туда отправился, – встрял Леви.

— Чтобы безнаказанно делать то, что ему понравилось, – убивать людей, – отрезал Эмиль. – Итак, мы имеем двух мертвых девочек в Холден-парке, разорванного на куски отчима, невинно осужденного соседа, которому дали четыреста семьдесят лет срока, его зверски избитую и задушенную дочь, школьного друга, продолжающего отбывать тюремный срок за несовершенное изнасилование и убийство, разбившегося на лестнице в Вашингтонском университете профессора. Есть над чем подумать? Все красные ниточки сошлись к Хави?

Комиссар насупил брови, постукивая оправой очков о стол.

— Вы знали, что это Хавьер Барба, еще вчера, – проговорил он. – Как?

— Я же сделал запрос на анкеты сотрудников музея.

— Вы за одну ночь смогли вычислить его из четырехсот с лишним человек. Я понимаю, что в Интернете можно найти все на каждого. Но так быстро?

— Документалка выпускников Института кино Сиэтла, – проронил Эмиль, улыбнувшись неприлично широко.

— Какая еще документалка? – захлопал глазами комиссар.

— Как какая? – наигранно удивился Эмиль. – Черт возьми, комиссар! Я же передал ее вам вместе со скриншотами и аудиофайлами Аксель Редда. Вы не смотрели?

— Я смотрел… Но не понял, зачем это фильм? Там нет упоминания о Хавьере Барбе!

— Верно, почти нет. Он появляется лишь в одном месте. Вернее, не он, а актер, разумеется. Но сам фильм освещает события, что происходили с его соседями, Пейджами, и родителями девочек из Холден-парка.

Леви, внимательно их слушавший, оттолкнулся от стены.

— Вы раздобыли дела до того, как они попали на стол комиссара! – вскричал он.

— Документалка лежит в общем доступе. – Эмиль не мог скрыть улыбки. Его забавляла эта ситуация. – И вы ее тоже получили.

— Только зубы заговаривать не надо! – вспылил Леви. – Вы упомянули то, чего точно в документалке быть не может. Это следственные материалы!

— Надо уметь читать между строк и видеть скрытое между кадрами.

— Там ни слова про заключение судмедэкспертов!

— Хорошо. У меня есть пара друзей по переписке из штата Вашингтон, а у них – пара полезных знакомых в полиции. Э! – Эмиль возмутился, откинув на стол локоть, и посмотрел на Леви через плечо. – Я не разглашаю методов своей работы. Я собираю детали, на их основе строю психологические портреты людей и прогнозирую их поступки. Я не прятал от вас ничего. Просто надо было серьезней подойти к своей работе.

— Как ты узнал, что у Хавьера Барбы был роман с женой профессора? – не унимался Леви.

— Именно этого я не знал. Предположил.

— Герши, подождите, – прервал их комиссар Исла. – Объясните, что в этом фильме. Кто его снял?

— Год назад о печально известной семье Пейдж сняли документальный фильм. Слишком много странностей окружают смерти двух девочек в Холден-парке, злосчастного, но туповатого Джозефа Пейджа, отчима Барбы и красавицы Элис. Конечно же, сии кровавые события привлекли молодых киношников. Про них сняли дипломную работу и выложили в сеть. Я нашел, вот и все.

— Но в фильме нет ничего про Хавьера Барбу! – Комиссар начал выходить из себя, почуяв, что Эмиль играет с ним, желая выставить идиотом.

— Ни слова о Хавьере Барбе в фильме, – согласился Эмиль, кивая. – Но там на сорок третей минуте показывают мальчика в широких джинсах и клетчатой рубашке, – он сидит на крыльце дома Хавьера, возле него велик. Это актер, играющий маленького Хави. Кто-то по ту стороны камеры спрашивает, что он здесь делает. Тот отвечает: ждет отчима, чтобы пойти покататься. Отсюда я сделал вывод: соседи считали, что у Хави с отчимом были хорошие отношения, раз они вместе катались. Для фильма материал откуда брали? У соседей все выспрашивали, а те, как правило, всегда глазастые и ушастые, если дело касается ареола их обитания.