Книга Теряя контроль, страница 62 – Эмма Райц

— Что ты имеешь в виду?

Даниил открыл винный шкаф и вытащил с нижней полки бутылку четырехлетнего кьянти, хотя изначально планировал выпить пару стаканов виски. Но в последний момент желание ощутить терпкую вяжущую кислинку перекрыло намерение залиться крепким алкоголем и освободить мозг от событий долгого дня.

— Ты играешь не по правилам.

— Да ладно? Я же юрист. Правила – мой конек.

— Ага, Конек‑Горбунок.

— Что?

— Что?

Волохов медленно моргнул и достал из шкафа хрустальный декантер. Вылив в него вино, он оперся ладонями о мраморную поверхность острова и пристально посмотрел на Софи:

— Как прошел твой день?

— Чудесно.

Он опустил голову. Софи заметила, как напряглись его плечи. Мышцы на спине подрагивали. Она задержала дыхание, представив его без рубашки, и дернулась от резкого звука кофемашины.

— Софи.

— Я перевезла свой скромный гардероб, выдержала еще один допрос с пристрастием от Якова, а потом весь остаток дня попеременно отвечала на вопросы секретарей отца касательно свадьбы и присматривала мебель для комнаты, в которой придется провести следующие год‑два.

— О чем тебя спрашивал Яков?

— О тебе, конечно же.

— Что именно ему было интересно?

— Подробности. Кто ты, что ты. Откуда. Твое прошлое…

Волохов устало провел рукой по лицу и налил надышавшееся вино в стакан для виски.

— Что же ты ему ответила?

— Все, что знала.

— Отсюда поподробнее…

— На сайте твоего адвокатского бюро есть краткая биография. Про десантное училище, военную карьеру, юрфак МГУ и адвокатские достижения.

— Умница. Ему этого хватило?

— Нет. Пришлось сказать правду.

Даниил встрепенулся и завис со стаканом в руке:

— Какую правду?

— Что ты не сильно распространяешься о своем прошлом.

— Так ты никогда и не спрашивала.

Софи кивнула и с азартом задала вопрос в лоб:

— Кем были твои родители? Ты сказал, что мать умерла, а отец не принимал участия в твоем воспитании. Добавь немного подробностей.

Волохов хохотнул и сделал большой глоток:

— Этого достаточно.

— Что и требовалось доказать.

— Туше. А что со свадьбой? От меня нужна какая‑нибудь помощь?

— Нужно определиться со стилем. Гангстерские двадцатые, стильные пятидесятые или современная классика?

— Э…

— Учти, планируется около двух сотен гостей. Слить такое мероприятие нельзя.

— Сколько?!

Софи допила кофе и вымыла кружку.

— И это только самые‑самые важные в жизни отца люди.

— Подожди. Это же твоя свадьба, а не его. Причем тут…

— А то ты не понимаешь!

— Черт, а нельзя просто расписаться и устроить небольшой ужин человек на двадцать?

Софи с усмешкой уставилась на своего озадаченного жениха:

— Нет. Точнее, я бы только за. Но.

— Бред. А твои‑то друзья будут? Или весь спектакль для свиты Ярослава?

— Мои друзья остались во Владимире.

— И? Что мешает им приехать сюда?

Софи вздохнула:

— Непреодолимая пропасть.

— Ясно.

— А твои? Ты говорил, что у тебя около десятка друзей. Та парочка входит в их число?

Волохов вспомнил, как час назад Лера орала на него в трубку телефона.

— Надеюсь, все еще да.

— А остальные?

— Оттуда же.

— Ясно.

— Двадцатые.

— Что?

— Ты просила выбрать стиль. Пусть будут двадцатые.

— Я не удивлена, – усмехнулась Софи.

— А что выбрала бы ты?

— Классику. Но теперь мне даже любопытно, как это будет выглядеть…

— Как? Нас ожидает неоправданно дорогая театральная постановка.