Книга Теряя контроль, страница 63 – Эмма Райц

Софи следила за плавными хищными движениями Волохова и мрачно размышляла: «Ты прав… Для тебя это будет просто гангстерский спектакль. Хотела бы я быть такой же… невозмутимой». Он отвернулся от Софи и поставил пустую бутылку рядом с винным шкафом. Белая рубашка натянулась на его спине, проявив неясное темное пятно вдоль позвоночника. Софи не удержалась:

— Сколько всего у тебя татуировок?

Волохов удивленно обернулся:

— Что?

— На спине тоже что‑то есть? Рубашка просвечивает.

Он самодовольно ухмыльнулся:

— Ты разглядываешь меня, пока я этого не вижу?

Софи мгновенно парировала:

— Ты разглядываешь меня, даже когда я это вижу.

Даниил приблизился к ней и с еле заметной усмешкой посмотрел сверху вниз:

— Пойдем. Покажу.

— Куда? – По ее спине пробежал табун мурашек.

— Или ты предпочитаешь делать это на кухне?..

— Что делать?

— Разглядывать своего жениха без рубашки. – В его стальных серых глазах уже вовсю плясали черти.

— Почему ты всегда скатываешься в эту…

— Во что?

— Ни во что. – Софи отвела взгляд от его жесткого рта и щетинистого подбородка. – Спокойной ночи. – Буквально отрывая себя с мясом от пола, она шагнула в сторону выхода.

Волохов поймал ее за руку:

— Куда ты убегаешь?

— Подальше от похоти, которая никому ничего не должна. – Она мягко высвободилась, снова поправила на плече кардиган и оставила Даниила в одиночестве.

— Черт бы меня побрал… – Он уперся лбом и кулаками в дверцы холодильника и сделал медленный глубокий вдох. Капля за каплей к нему постепенно приходило понимание: юная Софи не так проста, как ему поначалу показалось.

* * *

Лера так и не смогла уснуть. Она лежала в полутьме и вглядывалась в черты лица спящего Димы. Он периодически хмурился. Зрачки под закрытыми веками резко двигались из стороны в сторону. Челюсти напрягались и расслаблялись.

— Что же тебе снится…

Внезапно он открыл глаза и уставился на ошарашенную Леру:

— Почему ты не спишь?

— Я… Э… А ты?

— Я услышал твой голос. Перед вылетами и в самих точках я всегда чутко сплю.

— О…

— Мой инстинкт самосохранения сбоев не дает. Так почему ты не спишь?

— Мне страшно.

— Почему?

— Насколько опасны эти ваши вылеты? Тебя могут ранить?

— Могут.

— А убить?

— Могут и убить.

Лера судорожно вздохнула. Ее глаза подозрительно заблестели.

— Ты сейчас серьезно?

— Солнце, это же война. Там может произойти что угодно.

— И ты… так просто об этом говоришь?! Могут ранить, а могут и убить.

Дима притянул ее к себе и с тихим смехом уткнулся в ее прохладные шелковистые волосы.

— Слушай, я в этом дерьме восемь лет. И, как видишь, жив‑здоров.

— Ты давно в зеркало на себя смотрел?! На тебе и тридцати квадратных сантиметров нет без шрамов!

— Фигня. Что зажило, то уже не считается.

— Даже то, как тебя чуть пополам не раскроило? – Лера всхлипнула, пряча лицо на его груди.

— Лер.

— Что?

— Мне нужно, чтобы ты была спокойна и уверена во мне и моем возвращении. Если я уеду с мыслью, что ты тут безутешно рыдаешь от страха, легче мне не будет.

Лера шумно вдохнула воздух:

— Как не думать об этом? Целую неделю…

— Включи трудоголика, упахивайся в спортзале, сгоняй на шопинг. Можешь даже накидаться вискарем. Только дома.

— Тебе смешно, да? – Она еще крепче прижалась к Диме, обняв его за шею. – Как с этим справляются Алиса? Аня? Оля?