Книга Во вражьей шкуре, страница 103 – Александр Карпов

— Значит, нужно убираться отсюда. Только вот куда? – ответил Прохор.

— Здесь бензин, – поморщился от надоедливого удушливого запаха Максим, глядя на стоящие во множестве внутри амбара бочки с топливом. – Надо поджечь их. Состав с танками ближе всех стоит. Увидев огонь и зная о том, что здесь хранится, фрицы будут вынуждены его первым пустить в дорогу, а не через полчаса, после предыдущего.

— Точно! А мы под шумок выскочим и под брезент залезем! – отреагировал на это предложение Прохор.

— В этой форме не залезем! – дернул себя за лацкан кителя Максим и выглянул в окно.

Его товарищ поморщился. Петлицы и знаки различия солдат-связистов, служившие ориентиром для тех, кто их искал, обследуя перрон и прилегающие к железнодорожным путям территории, не давали им возможность свободно перемещаться возле состава с танками.

— На огонь в хранилище бензина все сразу сбегутся. Не проскочим. Переодеться надо, – заключил Максим и застыл у окна, в котором увидел солдата охраны станции, не спеша прогуливающегося по перрону, как раз напротив входа в амбар.

— Ты снимай с себя китель, – подскочил к товарищу Прохор, – а я этого фрица сейчас сюда затащу. Переоденешься в тот, что на нем. Рост и телосложение у вас подходящее. Издалека сойдешь за него. А в суете тушения пожара никто и не заметит подмены. Солдат и солдат.

Чтобы не терять драгоценного времени, Максим согласился с товарищем и сразу же отбросил в сторону висевшую у него на плече катушку с проводом, а затем снял с себя и положил под ноги автомат и начал расстегивать на поясе ремень. Быстроте его действий способствовал громкий и протяжный гудок того паровоза, что вот-вот должен был начать движение согласно установленному времени. На слух разведчики поняли, что к отправлению начал готовиться совершенно другой состав, подставной, а не тот, что стоял с танками на грузовых платформах, который сейчас был им нужен для своего спасения и выполнения боевой задачи.

Пока Максим спешно стягивал с себя амуницию и китель со знаками различия военного связиста, Прохор осторожно приоткрыл широкую входную дверь в амбар, выглянул за ее пределы и, убедившись, что рядом никого нет, кроме немецкого солдата-охранника, резко дернул его на себя, ухватив за ремни на спине, и затащил внутрь. Потом дважды сильно ударил того по каске ребром сжатого кулака, чтобы оглушить, и вцепился пальцами ему в шею, удушая солдата и не давая ему закричать, чтобы позвать кого-либо на помощь. Через несколько секунд немец обмяк. Прохор уложил его тело на грязный дощатый пол и начал расстегивать на нем ремни амуниции и пуговицы одежды на груди и животе.

— Держи, – произнес он, кидая китель только что убитого гитлеровца товарищу.

— Следи за окнами, – сказал Максим и пояснил: – Надо второго такого же поскорее найти – для тебя.

— Времени нет, – вполголоса сказал Прохор. – Поджигаем бочки, орем во все горло по-немецки, что тут пожар начался, и рвемся к составу с танками. Ты первый. На тебе подходящая форма. Я – за тобой. Если что – прикрою. К тому же я твой должник. Или ты думал, что я позабыл, как ты меня от немецкого плена спас, сам рискуя жизнью, когда в одиночку на мотоциклистов возле хутора напал.

Он нагнулся, подобрал с пола китель связиста, что снял с себя только что Максим, скомкал его и сунул между близко стоящими в ряд бочками. Потом извлек из кармана брюк зажигалку и, несколько раз чиркнув ею до появления пламени, начал поджигать материю немецкой формы.