Книга Атака вслепую, страница 46 – Александр Карпов

Старший сержант выложил перед ними охапку немецких кителей и штанов. Следом за ним в жилище разведчиков вошли двое старшин, один из которых бросил на пол огромного размера плетеный короб с лежащими в нем трофейными солдатскими сапогами и ботинками. Другой поставил рядом корзину, содержавшую ремни, подсумки, каски, короба с противогазами, сухарные сумки и прочие атрибуты, носимые с собой немецкими солдатами.

Один из старшин вышел из землянки, второй остался и, сложив на поясе руки, начал ждать результата примерки. Каманин, порывшись в куче кителей и штанов, вытащил из нее один комплект, по виду небольшого размера, и протянул его Егору со словами:

— Твое. Надевай.

Через минуту подобный комплект получили по очереди Ильин и Клюев.

— А мне? – с кривой улыбкой на лице спросил Панин, увидев, что стол перед ним опустел, после того как лежавшая на нем немецкая форма разошлась по рукам разведчиков.

— На тебя не нашли. Ростом слишком высок. Фрица такого не словили еще.

— Так я подожду, – ухмыльнулся Панин и демонстративно отвернулся от Каманина.

— Да принесут тебе, не переживай. Старшина к пехоте пошел. Надеется у них разжиться, – проговорил старший сержант, не то утешая товарища, не то ставя его перед фактом его непосредственного участия в предстоящей операции.

— Ну! – ухмыльнулся разведчик. – А я уж думал в живых сегодня остаться!

Услышав его ответ, Каманин промолчал и отвел глаза в сторону, так как не должен был лично участвовать в операции. Ему предстояло оставаться в расположении полка, быть на передовой и наблюдать за передним краем с целью обнаружения дымовых сигналов, что должны были сказать о наличии в данном месте той самой вражеской минометной батареи, на которую шла охота.

Егор после сказанного Паниным резко повернулся в его сторону и посмотрел так, будто реагировал на слова друга как на пророчество. Их разговор предыдущим вечером, предчувствия старого товарища, беседа о вероятной гибели задели его чувства настолько, что ни о чем другом в перерывах между подготовкой к вылазке Щукин и думать не мог. Настроение Панина пугало его. Он начинал подбирать в уме аргументы, чтобы уговорить Каманина отправить в тыл гитлеровцев кого-либо другого. Но в то же время Егор понимал, что никто другой не сможет сделать то, на что способен опытный разведчик сержант Панин. Понимал он и то, что среди остающихся в расположении нет сейчас физически здоровых ребят, готовых после ранений или пережитой и перенесенной эпидемии пойти на задание. Не готовы были к этому и новички, если их отправить без контроля со стороны бывалых бойцов взвода.

— Похож! – протянул командир разведчиков, оценивая внешний облик Егора в форменной одежде противника.

— Только холодно сейчас. Конец апреля. По ночам ой как зябко, – посетовал боец, поймав на себе взгляд Каманина.

— Тогда придется все это добро в мешки укладывать и только на том берегу на себя надевать. А реку вплавь в маскхалатах переплывать. Оружие и мешки над собой держать. Ну, или подручными средствами, – пожал плечами старший сержант.

— А там как? Фрицы в шинелях ходят, – решил в деталях разобрать Егор вопросы по форме одежды участников на каждом этапе операции.

— Придется померзнуть, не околеем! – огрызнулся Панин, никак не сумевший спрятать свое раздражение, порожденное мыслями о предчувствиях. – Маскхалат на голое тело – и в воду. А на том берегу все сухое из мешка на себя натягивай. И будешь там фриц фрицем.