Книга Семнадцатилетний генерал, страница 26 – Александр Карпов

Он посмотрел на Алексея, возвращая ему комсомольский билет, и спросил:

— Дорогу в город знаешь?

Заданный вопрос дал понять юноше, что подразделение лейтенанта, только что разгромившее отряд немецких мотоциклистов, не относилось к тем силам, что дрались вместе с ополченцами на оборонительных позициях. Внешний вид его и сержанта, грязная форма, почерневшие подворотнички, многодневная щетина на усталых лицах говорили о том, что они уже много времени находятся в пути. Скорее всего, в пути, скрытом от посторонних глаз. Возможно, выходят из окружения. В обороне города участвовало немало таких бойцов из разрозненных частей Красной армии, собранных в единое подразделение местным военным комиссаром.

— Так она одна тут и есть, – кивнул Алексей в сторону перекрестка, где его обоз был остановлен немецкими мотоциклистами.

— Тогда я реквизирую твой обоз целиком для нужд Красной армии, – произнес лейтенант и добавил: – Грузимся на него и следуем в город. По прибытии получишь назад свои телеги и лошадей.

Юноша почувствовал, как тяжелый камень сваливается с его души. Наконец-то кто-то принимает на себя командование его подчиненными. Ответственность теперь ложится на другого человека, да еще и на командира воинского подразделения, имеющего на это полное право.

По пути Алексей узнал подробности существования боевой части, которой командовал лейтенант. Солдат в ней было немного, насчитать удалось всего двадцать пять. Однако нигде видно не было того самого сержанта, что первым вышел на него и проверил комсомольский билет. Немного позже оказалось, что он и еще несколько бойцов были оставлены на месте и выдвинулись в путь несколько позже, выполняя роль арьергарда.

В обозе все телеги были заполнены либо ранеными бойцами, которые не могли передвигаться самостоятельно, либо немногочисленным имуществом и оружием, среди которого был станковый «максим» и ротный миномет. К самой крепкой на вид повозке была прицеплена полевая кухня. Имелось также и немало трофеев, включавших в себя ручные пулеметы, автоматы и карабины. У многих бойцов на поясе красовалась кобура с «вальтером» или же «люгером», чем каждый из них, что было заметно, сильно гордился как добытым в бою трофеем.

Из непродолжительных разговоров с солдатами Алексей узнал, что подчиненное лейтенанту подразделение успело немало повоевать, несколько недель назад попало в окружение, прорвалось из него, следовало с боями к линии фронта и несло потери среди личного состава. Включало оно в себя немало бойцов из других воинских частей, волею судьбы оказавшихся в нем из-за фронтовой неразберихи, когда приходилось отставать от своих и пробиваться дальше, поступая в подчинение чужим командирам.

Юноша также заметил, что лейтенант пользовался у солдат большим уважением как храбрый и грамотный командир, обеспечивший их не только боевой работой, но и по возможности едва ли не полноценным воинским довольствием, чем большинство его бойцов было довольно. Не в каждой выходящей из окружения воинской части удавалось наладить хотя бы периодическое горячее питание.

— Командир у нас что надо! – похвалился Алексею один из красноармейцев. – Храбрый до отчаяния, но при этом очень расчетливый, все видит наперед и о нас заботится.

После этих слов юноша задумался о том, чтобы самому попроситься в сводный отряд лейтенанта, тем более что уже увидел в нем трех вооруженных мужчин в гражданской одежде, ранее примкнувших к нему. Но решил свою мысль воплотить в жизнь немного позже, после сдачи в госпиталь на территории мастерских промкомбината обозного имущества. Трудность в этом деле Алексею в тот момент виделась только одна: чтобы ему вновь не поручили руководить людьми, лошадьми и телегами, от которых он очень хотел избавиться, а желал по-настоящему заняться боевой работой, а не транспортировкой раненых.