Книга Мертвая тишина, страница 196 – Анна Денисова, Виктория Сталь

Слышно было, как они переговариваются — голоса доносились отчётливо, несмотря на расстояние:

— Бля, ну Паук, конечно, выдал, это ваще! — сказал Шмель, нервно проводя ладонью по коротко стриженной голове. В голосе звучала смесь изумления и злорадства.

— Ага, я думал, он Грома пристрелит на хер, — ответил Филин, лениво прислонившись к столбу. Он смачно сплюнул на землю, и слюна, блеснув на солнце, оставила тёмное пятно на пыльной поверхности.

— А чё вообще случилось‑то? — снова спросил Шмель, переминаясь с ноги на ногу. В его движениях читалось нетерпение — ему явно хотелось узнать все подробности.

— Ой, блять, да цирк! — Филин разразился грубым хохотом, запрокинув голову. — Решить не могут, кто тут из них главный! Щас Мясник вернётся и пиздец им обоим.

Шмель подхватил смех, раскатисто и громко, будто эта мысль доставляла ему искреннее удовольствие.

Мясник стоял неподвижно, лишь желваки заходили под кожей. Он больше не стал слушать — и так всё понятно. В голове пульсировала одна мысль: "из‑за двух дебилов прервать такое масштабное пиршество…"

Он скрипнул зубами так, что звук отдался в висках. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки, ногти впились в ладони, оставляя полукруглые вмятины. Внутри поднималась волна холодного гнева — не импульсивного, а тяжёлого, расчётливого. Эти двое тоже хороши, вместо того чтобы следить за порядком, тратят время на пустые разговоры и смешки.

«Ладно, с ними со всеми позже разберусь», — решил Мясник, подавляя желание выйти из укрытия и поставить их на место прямо сейчас. Но нет — сначала нужно завершить то, что он начал.

Он развернулся и двинулся обратно тем же путём — вдоль забора, сквозь тень кустов, растворяясь в сгущающихся сумерках. Каждый шаг отдавался в сознании чётким ритмом: "раз — два — раз — два". В голове уже складывался план — как наказать нерадивых подчинённых, как вернуть контроль над ситуацией.

Солнце клонилось за горизонт, оставляя на небе багровые разводы. Тени удлинялись, превращаясь в зловещие силуэты, а воздух наполнялся прохладой и запахом приближающейся ночи.

______

Денис быстро скидывал вещи в рюкзак — бинокль, флягу, остатки еды, карту с пометками. Движения были резкими, но точными: каждая секунда на счету. Затянул шнурок, перекинул лямки через плечи, проверил, не болтается ли что‑то лишнее. Любой шорох мог спугнуть маньяка.

Дмитрий уже двинулся вперёд, едва заметным жестом показав: «За мной». Он пригнулся, скользя между деревьями, почти сливаясь с сумеречной тенью. В глазах — сосредоточенность, в каждом движении — расчёт. Он боялся упустить Мясника, но ещё больше боялся ошибиться.

Они бежали, стараясь шуметь как можно меньше. Ноги то и дело натыкались на корни, скрытые под слоем опавшей листвы, но оба ухитрялись обходить их или перепрыгивать, не сбавляя темпа. Ветви цеплялись за одежду, но они не обращали внимания — только вперёд, только за целью. Дыхание становилось тяжелее, но они сдерживали его, выдыхали через нос, стараясь не нарушать тишину леса.

Фигура Мясника маячила между деревьями — то появлялась, то исчезала за стволами. Он двигался уверенно, словно знал каждый метр этой местности. Его силуэт, тёмный на фоне угасающего неба, то вытягивался в длинную тень, то растворялся в густых зарослях.