Книга Мертвая тишина, страница 197 – Анна Денисова, Виктория Сталь

Наконец Дмитрий сбавил темп. Он поднял руку, подавая знак Денису. Тот мгновенно замер, прижался к широкому дубу, переводя дыхание. Дмитрий осторожно выглянул из‑за ствола, наблюдая за удаляющейся фигурой. Он не хотел, чтобы Мясник их заметил — ни сейчас, ни позже.

Внутри у Дмитрия бушевала буря. Ему отчаянно хотелось пристрелить Мясника прямо сейчас — достать пистолет, прицелиться, нажать на спусковой крючок. Один выстрел — и всё закончится. Но он сдержался. Разум взял верх над эмоциями.

Он решил проследить, куда тот так быстро рванул, едва помаячив у своих владений. Возможно, Мясник направлялся к тайному убежищу, к месту, где держал жертв или к складу оружия — к чему‑то, что могло дать ключ к его замыслам. Дмитрий понимал: терпение сейчас важнее импульсивности.

Он кивнул Денису, указал направление. Они продолжили слежку — медленно, осторожно, шаг за шагом, держась в тени деревьев, сливаясь с лесом. Каждый шорох заставлял их замирать, каждый скрип ветки — прислушиваться. Но они шли. Потому что теперь Мясник был не просто целью — он был нитью, ведущей к разгадке.

Слежка привела их к очередному дачному посёлку — типичному для этой местности: одноэтажные домики с крышами из шифера, узкие улочки, заросшие по краям лопухами и крапивой. Таких посёлков в округе было немало, и это усложняло задачу — Мясник мог затеряться среди одинаковых заборов и калиток.

Мясник шагал широко, уверенно, явно идя уже знакомой дорогой. Его силуэт чётко выделялся на фоне закатного неба — тёмная фигура, движущаяся с холодной целеустремлённостью. Он ни разу не обернулся, не замедлился, будто знал: за ним никто не следит.

Дмитрий крался следом, стараясь сократить расстояние, но при этом не выдать себя. Каждый шаг он выверял с точностью хирурга: сначала носок, потом вся подошва, ни одной хрустящей ветки под ногой. Денис шёл следом, держась чуть левее, прикрывая напарника.

Скоро впереди замаячил дом — обычный, ничем не примечательный, огороженный невысоким забором из штакетника. Высокое крыльцо с небольшим навесом выглядело ухоженным: выкрашенные доски, аккуратные перила, пара глиняных горшков с засохшими цветами. Всё это создавало обманчивое впечатление мирной загородной идиллии.

Мясник хлопнул калиткой — звук раздался резко, как выстрел, — и направился к крыльцу.

Мысли Дмитрия заметались: «Если он сейчас зайдёт в дом, то вытащить его оттуда будет сложно. Что‑то в этом доме явно важное для него, раз он так спешит!»

Дмитрий принял решение молниеносно.

Мясник поставил ногу на первую ступеньку крыльца, когда Дмитрий, выбежав из‑за кустов, в несколько широких прыжков достиг калитки. Сердце колотилось в ушах, но движения были чёткими: рука с пистолетом уже вытянута вперёд. Он коротко выдохнул — и нажал на курок.

Глухой выстрел разорвал вечернюю тишину. Мясник с криком упал, хватаясь за правую ногу. Кровь тут же пропитала ткань брюк, растекаясь тёмным пятном.

Дмитрий распахнул калитку, вбегая во двор. Его догонял Денис — он уже снял с плеча автомат, держа его наготове.

И тут случилось несколько событий сразу.

Мясник, несмотря на ранение, действовал с поразительной скоростью. Правой рукой он выхватил пистолет из‑за спины, вскинул руку — и выстрелил. Пуля обожгла левую руку Дмитрия. Он дёрнулся, чувствуя, как горячая волна боли прокатилась от плеча до кончиков пальцев, но не опустил оружие. Поднял свой пистолет, целясь точнее.