Книга Клубок загадок и шерсти, страница 68 – Белла Лавгуд

Сейчас она спорила с невысоким мужчиной с каким-то расслабленно-желейным телом. Также черный костюм, также черные волосы, только, в отличие от Карен, мужчина не мог похвастаться их качеством: он был из тех, кто собирает волосы в жиденький хвостик, тогда как спереди блестит лысина, точно давно увядший венец молодых дней.

— Не пора ли тебе домой, Сидней? Нет сил тебя видеть, ты расстраиваешь маму.

Мама Карен, та самая бабуля Синклер, рассмеялась, и звук ее смеха был похож на треск помех в радиоприемнике. Она сидела на кресле-качалке и собирала кубик Рубика, не слишком быстро, но все же успешно. Мучнистое лицо с приятным выражением и кроткой улыбкой человека, который доволен в жизни всем, казалось еще бледнее по контрасту с объемным воротом коричневой водолазки, а толстенные стекла очков увеличивали большие подслеповатые глаза.

— С тех пор как вы развелись, больше не расстраивает. Я внесла этот день в календарь праздников вместе с Рождеством, Пасхой и Сретением Господним.

Ханне она сразу понравилась, и девушка решила не обращать внимания на группу молодежи на диване сзади, женщин, распивающих кофе с виски за низеньким столиком, и мужчин, играющих в бильярд. Немного полюбовавшись со вкусом украшенной елкой, она спрятала печальную улыбку: ее собственное праздничное настроение будто стерли ластиком.

Лора сказала себе: если бы большинство не было одето в повседневную одежду, действительно можно было бы подумать, что они заглянули на поминки.

Карен заметила гостий, лишь когда помощник прошептал ей о них на ухо. Женщина деловито просканировала девушек и сделала пару шагов вперед. После обмена типичными при знакомстве фразами и предложения чая, кофе или виски Карен прищурилась и осклабилась:

— Где бы вы ни работали и кто бы вас ни нанял, скажу так: Энн Колт я ненавижу всеми фибрами души. Более желчную нахалку еще нужно поискать! Мне плевать на ее успехи, а вот за Лахлана было обидно. И что он в ней нашел? Хамка из провинции. Лахлан мне всегда нравился. Мы вместе учились в старшей школе. А потом я встретила это лысеющее недоразумение. Но и ему я благодарна: ввиду его тупости я осознала, насколько умна сама.

— А я тебе всегда говорила, доченька, ты у меня молодец, – вновь хрипло добавила бабуля Синклер.

Не вынеся злословия в свой адрес, Сидней махнул на бывшую жену рукой и направился к бильярдному столу.

— И вот теперь она получает по заслугам! Угробила мужа, проморгала пряжу. Ну что за хозяйка, а? Надеюсь, журналюги постараются на славу, и ей больше не захочется мнить себя светской львицей.

— А вы знали про пряжу? На что она пойдет – или какие-либо другие детали?

В ответ на вопросы Лоры Карен лишь прыснула и предложила гостям присесть на диван, шикнув на многочисленных отпрысков, которые, однако, моментально испарились. «Надо же, какой авторитет», – восхитилась Лора.

— Знала от самого Лахлана, что друг намеревался подарить ему викуний, чтобы в будущем разводить их в Хайленде. И конечно, я догадывалась, что зверюги не будут просто щипать травку на лугу – их нужно будет стричь, а шерсть сбывать. А как ее сбывать, даже сам Лахлан тогда не думал, это все были пустые планы. С тех пор как он заболел, мы с Энн совсем не виделись, только на собраниях.

Положив ногу на ногу, Карен сцепила руки в замок и сложила их на колене.