Книга Блистательные соперники, страница 30 – Дженнифер Линн Барнс

— Яблочко, – сказал Грэйсон рядом с ней. – В дартс ты можешь заработать пятьдесят очков, только попав в красную точку в центре – яблочко.

Лира ощутила прилив адреналина:

— Значит, мы ищем яблоко или мишень.

— Мишень.

У Лиры перехватило дыхание.

— Что тебе известно, Хоторн?

— Где на острове мы видели мишень? – ответил Грэйсон.

Лира подавила желание схватить его за рубашку и потребовать, чтобы он прекратил.

— Я же говорила тебе, что у меня плохо со зрительными образами.

Грэйсон отложил свой дротик в сторону и взял фужер.

— Ответ прямо здесь. Намек в духе Хоторнов. – Он потянулся к руке Лиры, и она позволила ему поднести их руки к фужеру. Их большие пальцы медленно обвели очертания буквы «Н», вырезанной на хрустале.

Лира сказала ему, что ей нужно чувствовать. Он услушал ее, и прямо сейчас, широко распахнув глаза, она чувствовала слишком много всего.

— Буква «H» в центре круга, – подсказал ей Грэйсон. – Обычная разметка вертолетной площадки.

Лира вспомнила, как они приземлились на остров Хоторнов. Она не помнила самой вертолетной площадки, но подумала тогда, что Джеймсон Хоторн посадил вертолет прямо в самый центр.

Прямо в яблочко.

Грэйсон гадал, испытывали ли Джеймсон и Эйвери те же чувства, разгадывая загадки старика. Энергия прямо-таки пульсировала в воздухе, когда они с Лирой ступили на вертолетную площадку. По краям бетонной платформы вспыхнули световые полосы.

На середине вертолетной площадки виднелось отмеченное место посадки.

— Яблочко, – произнес Грэйсон.

Они с Лирой абсолютно синхронно двинулись в его сторону. В центре значка был нарисован круг диаметром с руку Грэйсона от плеча до кончиков пальцев.

Яблочко. Грэйсон опустился на колени и провел ладонью по его поверхности, чувствуя кожей бетон. Нажимал на него пальцами, пытаясь отыскать…

— Защелка. – Грэйсон нашел ее и дернул вверх. Раздался щелчок. Он потянул еще, и люк немного поддался, но в отверстие под ним пролезли бы только пальцы. Упираясь ногами в бетон, Грэйсон схватился крепче за край.

Лира опустилась возле него и положила руки рядом с его руками.

— На счет три? – спросила она.

Ее голос убивал его. Она убивала его. Впервые в жизни Грэйсон по-настоящему понял, что значит жаждать чего-то, хотеть ответов, хотеть всего.

— Три! – скомандовал он.

Переместив свой вес, они сдвинули люк, под которым оказался круглый металлический лист.

— Наша цель, – пробормотал Грэйсон. Металл был гладким, на нем не было ни гравировок, ни засечек, лишь в самом центре виднелась узкая щель.

«Ненамного меньше пяти сантиметров в ширину, – отметил про себя Грэйсон, – и не более пяти миллиметров в высоту».

Грэйсон прижал руку к металлу, ощупывая щель. Фонарика у него не было, но зато имелись часы, поэтому он поднес запястье к металлу и опустил голову, пытаясь разглядеть, что его братья и Эйвери могли спрятать внизу.

— Петель нет, – сообщила Лира, закончив осматривать круг. – Металл нельзя поднять или передвинуть. Или открыть.

Открыть. Грэйсон всю жизнь играл в игры Хоторнов и сразу понял, что им делать дальше.

— Нам нужен ключ.

— Ключ, – повторила Лира, ее глаза тут же загорелись, и Грэйсон всем телом ощутил этот огонь. – Грэйсон! «Ключ от любых замков»!

Он снова посмотрел на щель в металле – достаточно широкую, чтобы туда поместилось лезвие меча.