Книга Лондонский матч, страница 103 – Лен Дейтон

— В полночь принц превратится в лягушку, – сказал он, указывая на меня кивком головы.

— Да, я знаю, но он увидит рядом с собой еще кого-то.

Тэд рассмеялся. Он догадывался, кто попросил, чтобы именно ему поручили эту работу, и связывал с ней некоторые надежды.

Я сперва хотел пригласить Штиннеса в немецкий ресторан, а если не выйдет, то туда, где подают приличную русскую пищу. Но в Лондоне – наверное, единственном среди больших городов – нет ни русского, ни немецкого ресторана. Глория предложила испанский ресторан в Сохо, но мою нелюбовь к испанской и португальской кухне можно было сравнить только с отвращением к непролазной латиноамериканской грязи. Поэтому мы пошли в индийский ресторан. Эриху Штиннесу захотелось познакомиться со всем меню. Это было необычное дело, Штиннес не из тех, кто нуждается, чтобы ему помогали в чем-нибудь, но он большой поклонник женщин, и я видел, что ему доставляет удовольствие, когда Глория объясняет ему разницу между острыми и более мягкими блюдами. Глорию можно было принять за любительницу вкусно поесть, по чьему адресу так часто изощряются фельетонисты, но ей больше нравилось говорить о ресторанах и рецептах приготовления блюд, чем вкушать эти блюда. Поэтому я предоставил ей заказать весь обед, начиная от густого супа-пюре до жареных хрустящих лепешечек, а ко всему этому еще большое блюдо вареного риса, украшенного орехами, сушеными фруктами и еще чем-то съедобным, похожим на кусочки серебряной фольги.

Я наблюдал за ними, как они, сблизив головы, обсуждали длинное меню. На мгновение я почувствовал прилив ревности. Штиннес был агентом КГБ, а я ни на миг не забывал об этом, даже когда он был максимально лоялен. Вот посмеялась бы Фиона, если бы один из ее полевых агентов отбил у меня подружку. Я видел, что Глория просто очарована им. Было вовсе непонятно, чем этот худосочный человек с грубым лицом и лысеющей головой так сильно привлекает женщин. Очевидно, своей особой энергией. Но когда ему казалось, что за ним не наблюдают, он сникал, энергия его иссякала. Может быть, Штиннес переутомлен. Или постарел. Или напуган. А может быть, все вместе. Я это чувствовал.

Я заказал пиво. Может быть, именно потому я и предпочел индийский ресторан, где никому не придет в голову пить с этим острейшим национальным блюдом карри крепкие напитки. Сейчас еще не время дать Штиннесу возможность напиться до состояния полной потери бдительности. Да и тратиться на это не хотелось. При своем первом выходе на волю Штиннес должен был опасаться такого подвоха, но появление на столе шипящей жидкости, которую британцы называют лаггером, легким пивом, устранило все его опасения. Он с неудовольствием скривил губы, но не стал ворчать ни на водянистое пиво, ни на что-нибудь другое.

Внутреннее убранство ресторана было типичным для таких мест: стены, оклеенные красными обоями, и темно-синий потолок с нарисованными звездами. Но еда была довольно приличной, с имбирем, перцем и другими специями помягче. Похоже, что Эриху Штиннесу она понравилась. Он сидел лицом к стене, рядом с ним расположилась Глория. И хотя он принимал участие в непринужденной беседе, его глаза непрерывно рыскали по сторонам в поисках работников нашего департамента среди посетителей или даже персонала ресторана. Так всегда поступала Москва. Имела наблюдателей за наблюдающими.