Книга Лондонский матч, страница 171 – Лен Дейтон

— Допустим, что ее признание на допросе – правда. Допустим, что она и есть тот радиооператор, который передавал материалы от Брета Ранселера и твоей жены. Допустим, что Фиона вытащила ее, когда перешла к ним. Эта самая Миллер решила, что она стала слишком старой для шпионской работы и что ей надо выходить из игры, – она просит отставки. Фиона поддерживает ее, потому что Миллер слишком много знает. И она находит для Миллер легкую работу – выписывать бумажки в городской ратуше. Так случается очень часто, Берни. Может быть, она имеет небольшую пенсию и карточку в валютном магазине и может покупать западные товары. Все хорошо, и все счастливы. И вот в один прекрасный день им понадобилось, чтобы кто-то съездил в Ваннзее и привез посылку. Им нужен кто-то, кто имеет настоящие документы, дающие право въезда в западную часть города. Все это выглядит как обычное дело. Малая вероятность опасности. Она пробудет на Западе только пару часов, и ее там никто не станет разыскивать, когда она отправится обратно с этой посылкой.

Он помешал в чашке ложечкой, покачивая ею взад и вперед, и потом продолжил:

— А может быть, она занимается всякой мелкой работой для прибавки к своему заработку. В любом случае все это правдоподобно. И нет ничего такого, что бы не сходилось.

— Может быть, и так. Но к такой женщине, как она, это не может относиться. Представь себе, что мы имеем по-настоящему ценный источник в офисе КГБ в Москве. Могли бы мы допустить, чтобы связник или радиооператор, который обеспечивает связь с этим источником, оказался у них хотя бы на десять минут, а не то чтобы на два часа? Ты же сам знаешь, что не могли бы.

— Но КГБ совсем другое дело, – возразил Вернер, продолжая играть ложечкой.

— Может быть, ты прав, но мои предположения еще не исчерпаны. А если у них не один, а два ценных источника? И один из них все еще на своем месте, Вернер. Источник прямо в лондонском Центре и все еще работающий? Настолько ли КГБ отличается от нас, чтобы позволить своему агенту Миллер сунуть голову в петлю? Будут ли они испытывать судьбу и рисковать своим человеком, который может выдать нам их второго агента?

— Это не совсем правильно – стараться думать таким же образом, как они. Это первая вещь, которую мне пришлось понять, когда я начал работать против них. Они думают не так, как мы. Ты становишься умнее после того, как событие произошло. Они и не подозревают, какие ходы мы задумали в этой истории на Ваннзее. Для них это должно выглядеть, как самая рутинная и полностью безопасная операция.

Вернер попытался отпить кофе из уже почти пустой чашечки. Даже зная, что она пуста, он привычно закинул голову назад, чтобы сделать глоток. К бренди он не прикоснулся.

— Мне все еще трудно поверить, что они могли пойти на такой риск, – сказал я.

— Какой риск? Это наши люди рискуют всем, когда идут за Стену. Они рискуют, потому что их документы детально просматриваются, охранники зорко следят за каждым их движением и внимательно выслушивают все их ответы. Там применяют секретные знаки на паспортах и пропусках. Каждый, кто направляется на Восток, рассматривается чуть ли не под микроскопом, независимо от того, кто это такой. А чем рискуют их люди, когда они направляются шпионить на Запад? Пересекающие нашу границу не проверяются так тщательно. Быть агентом КГБ – одна из самых безопасных работ. Работа этой женщины – просто синекура. Один шанс из миллиона, что ее возьмет группа захвата.