Книга Актер, страница 29 – Крис Макдональд

В понедельник мы с Ниной шли со станции, держась за руки. Под ногами шуршали опавшие листья, сквозь кроны пробивались лучи позднего осеннего солнца. На душе царил покой; мне почти хотелось, чтобы Джонатан и Агги меня отчислили. Милосерднее было прикончить мою мечту одним ударом, вместо того чтобы позволить ей медленно чахнуть в джунглях индустрии еще десять лет, да и это больше не имело значения, ведь у меня была Нина, а у нее был я. Карьера, будущее, работа – в тот момент мне было все равно. Когда мы подошли к площади перед Консерваторией, Нина потянула меня назад, в переулок.

— Я не хочу, чтобы это место, – она указала на Консерваторию, – имело какое-то отношение к нам с тобой, к… к вот этому, уж не знаю, как это назвать. – Она засмеялась и обняла меня.

— Согласен.

Невероятным усилием воли мы отстранились друг от друга, вышли на площадь и поднялись по ступеням Консерватории.

Едва войдя внутрь, мы оба почувствовали неладное. Привычная суета первого и второго курса разбивалась островками странной тишины: члены двадцать восьмой группы рассредоточились по холлу, как заговорщики, – одни на диванах, другие у шкафчиков, пара человек у входа в душевые – и что-то негромко обсуждали. Ванесса поймала мой взгляд и насмешливо вскинула брови. Теперь я уже не сомневался, что меня выперли из училища и остальным об этом уже известно. В животе что-то металось, как пойманные в мешок белки; я прошел вперед, не понимая, почему Джеймс смотрит на меня и улыбается.

Нина схватила меня за руку и потащила назад, к доске объявлений у входа. Под заголовком «Группа 28» висел листок бумаги, исписанный почерком Агги. Распределение ролей. Дипломный спектакль.

Я ничего не понимал. Тер глаза, водил пальцем по строкам, пытаясь осознать, что только что прочитал.

«Трагедия Гамлета, принца Датского, режиссер-постановщик Джонатан Дорс», – было написано сверху, а напротив имени Гамлета стояло мое имя. Адам Сили. Я был Гамлетом. Я шарахнулся от доски, словно увидел призрака.

Оглянулся на толпу в коридоре – над всеми возвышалась могучая фигура Патрика, и он смотрел прямо на меня. Патрик получил роль Лаэрта, Ванесса – Гертруды, Нина – женской версии Гильденстерна. Все это напоминало какое-то наваждение. Я бросил взгляд на дверь учительской, ожидая увидеть через стекло прищур Джонатана, но там никого не было.

— Ты Гамлет, – сказала Нина и неуверенно развела руки, словно не могла решить, стоит ли обниматься на глазах у всех.

В ее словах не было смысла, как будто их принесло ветром из какого-то другого измерения. Ее глаза были широко распахнуты и полны радости, за которой скрывалось что-то похожее на страх, словно меня призвали на войну в далекой стране. Я не знал, что ей ответить, да и что еще я мог сказать?

— Я Гамлет.

На следующее утро после комментария «мерабеллы» мы вылетели в Лондон. Несмотря на привилегию путешествовать как младенец – мне не приходилось беспокоиться о логистике, и рядом всегда был человек, который следил, не проголодался ли я, – в аэропорту Лос-Анджелеса меня ждало настоящее испытание. Я привык, что на меня глазеют в общественных местах, но теперь в каждом случайно брошенном взгляде чудилась угроза, и всякий раз, когда кто-то кивал на меня, привлекая внимание своих спутников, мне казалось, что об исчезновении студентки знает весь мир.