Книга Семь сувениров, страница 78 – Светлана Еремеева

Он молча слушал. И ему было нестерпимо больно. Затем она заливалась черным животным смехом и переключала свое внимание на кого-нибудь другого…

Он закрывал руками лицо, затем отнимал ладони… Сквозь молочную пелену проступали учителя литературы, истории, географии, физики, химии. Они проходили мимо парт и жадно вглядывались в лица учеников. Их глаза были мутно-серыми, лица – белыми, как лепестки каллы, от них пахло мертвечиной. Они все были покрыты трупными пятнами, их пальцы отваливались и летели на грязный пол, частицы кожи осыпались, словно старая, поросшая грибком штукатурка, но они двигались, несмотря ни на что. Они скользили по классу, они даже подпрыгивали и приплясывали.

Николай, несмотря на оцепенение, пытался смотреть на своих одноклассников и с ужасом понимал, что все они такие же мертвые, как и эти полусгнившие учителя. И сам он тоже умер. По рукам и пальцам растекались сине-красные разводы. Мертвый класс, мертвые учителя… То время умерло… Он видел его чудовищный фантом, его оживший труп, его неупокоенную душу.

Николай содрогнулся и молниеносно открыл глаза. На душе стало совсем тягостно. Эта квартира мучила, изводила его. Ему стало мерещиться, что это была вовсе не квартира, а какая-то зона, в которую он попадал, чтобы видеть то, что невозможно увидеть другим и что он сам, не попади сюда, никогда бы в жизни не увидел. Он вытеснял все это из памяти, давно забыл эту далекую детскую травму, эту латентную форму насилия над формирующейся личностью, но здесь это пробуждалось, восстанавливалось и снова терзало.

Константин Семенович, по-видимому, тоже хотел проникнуть в эту зону, тоже хотел найти здесь что-то, что представляло для него опасность. Он стремился сюда не из исследовательского интереса, как Николай, он преследовал личную цель… Что-то далекое, что-то больное гнало его сюда. Что-то страшное заставило его вдруг очнуться и действовать. Николай почувствовал, что должен спешить. Не потому, что Исаев настоятельно просил его об этом, а потому, что Константин Семенович стоял у него за спиной и в любой момент мог нанести незаметный, но окончательный удар.

На следующее утро Николай отправился в ГУ МВД на Литейный. По его просьбе (стараниями одного знакомого из Следственного комитета) туда были доставлены из архива МВД документы по делу маньяка Радкевича. Николай знал от одного оперативника, что многие архивные документы, связанные с раскрытием преступлений до 1991 года, были уничтожены в начале 1990-х. В том числе и бумаги, связанные с делами опасных маньяков 1970–1980-х годов.

Радкевич попал за решетку в 1993-м. Пока шло дознание, пока его судили, пока он добрался до места отбывания пожизненного срока, отношение к хранению подобных документов изменилось. Теперь все записи допросов, все описания выезда на места преступлений, протоколы судебных заседаний, фотографии жертв и самого маньяка на местах совершения убийств были представлены в целости и сохранности.

После посещения Литейного Николаю предстоял еще один короткий визит в Музей истории МВД, где его ожидали «семь сувениров» маньяка Радкевича. Они хранились в запасниках и лишь изредка выставлялись в общей экспозиции. Николай хотел успеть ознакомиться со всем этим обширным материалом за один день. Он чувствовал, что время начинало поджимать. Теперь он спешил, старался делать все быстрее.