Книга Невеста была в черном. Черный занавес, страница 131 – Корнелл Вулрич

— Ты с кем-то крутил шашни в Нью-Джерико? – обиженно продолжала она. – Или нашел в городе какую-то потаскуху, пока прятался?

— Я здесь скрываюсь…

— Но там-то ты не скрывался! – огрызнулась она.

Это и был ответ. Тот самый, о котором он уже догадывался. «Там», то есть «где». В Нью-Джерико. Теперь осталось разобраться со вторым огоньком в глубине тоннеля. Когда? Когда? Когда?

Тем временем она продолжала ворчать.

— Тогда пусть сама тебе продукты покупает, если она такая горячая штучка! Замечательно! С какой стати я должна выслушивать чужие имена, которые мне шепчут в ухо в тот момент, когда…

— Тсс, тише! Обитатели этой дыры тебя услышат. Послушай, нет никакой Вирджинии. Я не знаю никакой Вирджинии. Для меня это название штата…

— Но ты точно не про географию думал! – с жаром выпалила она.

Он потянулся и взял ее за руку. Она снова приблизилась к нему, постепенно убавляя отчужденность. Сначала напряженно сидела на краю кровати, спиной к нему. Затем оперлась на локоть, по-прежнему отвернув лицо. И, наконец, полностью простив, снова склонила голову ему на плечо.

Когда? Когда? Когда?

— Дай закурить. Как в былые времена… Ух, Дэнни, до чего же блестят твои глаза при свете спички… Нет, не туши! Подержи, я хочу загадать желание… Вот так… Какое желание? Ты должен был догадаться. Чтобы тебя никогда не поймали; чтобы ты навсегда остался только моим, как сейчас.

Навсегда. Наречие времени. Вот он, подходящий момент. Лучше поторопиться, этой ночью у него может не быть другого шанса.

— Навсегда – это долгий срок. Сколько времени прошло с тех пор, как… моя жизнь стала вот такой? Есть идеи? У меня не очень-то хорошо получается считать дни…

— Уже девять месяцев, верно? – Вопрос заставил ее прибегнуть к размышлениям вслух, такое слабое место бывает у тех, кто плохо учился в школе. – Давай проверим: август, сентябрь, октябрь… да, пятнадцатого было девять месяцев. Ума не приложу, как тебе удалось продержаться так долго…

Итак, что бы это ни было, оно случилось пятнадцатого августа прошлого года.

Где + когда = прошлое.

Он так же боязливо входил в читальный зал библиотеки, как и на вокзал, хотя в зале царила успокаивающая атмосфера погруженности в знания, отделенности от будничных забот. И все же поди знай, кто невпопад поднимет взгляд и уставится на него, ошарашенный внезапным появлением знакомого лица?

Он не поднимал головы, когда подходил к стойке библиотекаря и вставал в очередь позади нескольких посетителей.

— У вас здесь хранятся подшивки со старыми номерами газет из Нью-Джерико?

Дежурный поискал.

— Извините, у нас таких нет.

Возможно, там ничего и не публиковалось. Вдруг это совсем крохотное местечко? Возможно, просто поселок у перекрестка, не имеющий официального статуса.

Он задал другой вопрос.

— А вы, случайно, не знаете, какой ближайший к нему крупный город?

Библиотекарь, привыкший отвечать на странные вопросы, ничуть не удивился.

— Точно не знаю, но, сдается мне, Мередит ближе всех.

— Хорошо, у вас здесь есть какие-нибудь подшивки со старыми номерами газет Мередита?

Дежурный проверил.

— У нас есть «Мередит Лидер», но я не знаю, насколько полна подшивка. Заполните эту карточку и подождите вон там, у стойки выдачи, пока не высветится ваш номер.

Он заполнил бланк: «„Мередит Лидер“, 16 августа 1940 года» и подписался «Аллен». Выбрал следующий день, решив, что почти наверняка угадал.