Книга Смерть в райском уголке, страница 2 – Эмили Салливан

Я перевернулась на бок, пытаясь вспомнить, когда наш плотник Нико собирался навестить свою родню на континенте. На этой неделе или все-таки на следующей? Но не успела я как следует сосредоточиться на этой мысли, как у меня перед носом возник маленький коричневый тритон. Пускай я не впервые видела тритона и прекрасно знала, что это совершенно безобидное создание, едва ли я ожидала обнаружить его в кровати. Тритон моргнул, не сводя с меня своих черных водянистых глазок, и с моих губ сорвался громкий высокий визг, разбудивший всех остальных обитателей дома, а может, и всех соседей в округе.

Томми ворвался в мою спальню как раз в тот момент, когда испуганный тритон попытался сползти с кровати. Следом за братом появилась и Клео. Она шла неспешной походкой человека, которому причинили невероятные страдания. Ей было четырнадцать — ужасный возраст как для нее, так и для меня.

— Томми, дорогой, — выдохнула я, хоть отчасти восстановив самообладание, — от тебя, случайно, не сбегал тритон?

Его карие глаза вспыхнули восторгом.

— Ты нашла его! Я назвал его Тритоном в честь бога моря!

Я ткнула пальцем в угол комнаты, где в данный момент Тритон полз вверх по стене.

— Тритон по имени Тритон, — усмехнулась Клео. — Как оригинально.

— Да, я тоже так подумал, — ответил Томми.

Он совершенно не уловил сарказма в голосе сестры, полностью сосредоточившись на том, чтобы поймать хитрое создание.

— Очень находчиво, дорогой, — согласилась я, набросив на плечи халат. — Но, боюсь, Тритон должен жить снаружи.

— Я принес его только на одну ночь, — робко признался Томми, осторожно поглаживая Тритона, отчего создание, казалось, успокоилось. — Ты не должна была узнать.

Не сумев сдержать улыбку, я поддела пальцем его подбородок:

— И все же иногда даже хорошо продуманные планы идут наперекосяк. Но если я обнаружу еще одну твою зверушку в своей постели, мои нервы могут не выдержать.

Учитывая тот факт, что в последнее время у Томми особенно возрос интерес к змеям, ящерицам, а порой и большим страшным паукам, мне повезло, что тем утром я обнаружила у себя на подушке всего лишь тритона.

— Могу я его навещать?

— Столько, сколько захочешь, — пообещала я. — Позволь мне одеться, и мы вместе отправимся в сад, чтобы найти для него подходящее местечко.

Мое предложение заметно приободрило Томми, и он бросился к сестре:

— Хочешь с нами? Я даже дам тебе его подержать.

Клео это предложение ужаснуло.

— Исключено. Я возвращаюсь в постель, — фыркнула она.

— Не залеживайся, дорогая, — крикнула я ей вслед. — Утром мы идем на рынок.

Клео буркнула что-то в ответ, напоследок хлопнув дверью своей спальни так сильно, что я невольно настороженно покосилась на потолок, молясь, чтобы дом пережил переходный возраст моей дочери.

Я наскоро умылась и накинула на плечи одну из помятых хлопковых накидок, в которых обычно ходила по дому, а затем следом за Томми вышла во двор, сжимая в руках крохотную чашечку крепкого греческого кофе, приготовленного миссис Курис. Пока Томми ползал по саду в поисках идеального места обитания для Тритона, я бродила следом, изредка делясь своими советами, которые он вежливо игнорировал. Утренний воздух еще не успел как следует прогреться, а дымка над Ионическим морем только начала рассеиваться. Пускай дом потихоньку распадался на части, крохотный сад оставался столь же ярким и полным сочной зелени, как и в день нашего прибытия. Изящные кипарисы плотным коконом окружали участок, а над террасой, где мы чаще всего обедали, ползли виноградные лозы, даря столь необходимую тень и прохладу. Бугенвиллея, бархатцы, розы — и море других диких цветов, в названиях которых я была не уверена, — усеивали каждый свободный пятачок земли, наполняя воздух головокружительным ароматом, тогда как гранатовые, фиговые и, конечно же, лимонные деревья постоянно находились на разных этапах цветения.