Книга Восьмой свидетель, страница 104 – Стив Кавана

Не подмажешь – не поедешь.

Открыв дверь отдельной палаты, я отцепил поводок Кларенса, и он запрыгнул на кровать и уселся в ногах у Гарри.

Только там Кларенс был более-менее спокоен и умиротворен.

Я присел на стул рядом с кроватью и подпер голову руками. Прислушиваясь к посапыванию Кларенса. Прислушиваясь к аппарату, который дышал за Гарри, к равномерному попискиванию сердечного монитора, отображающего пульс.

Медики со «скорой» помогли Гарри выжить. Потеря крови вызвала гиповолемический шок, и еще до того, как один из медиков ввел в организм Гарри плазму крови, его органы уже начали отказывать. Из-за обширной кровопотери, шока и пули, которая пробила нижние ребра и задела печень, у Гарри было очень много проблем. Срочная операция спасла ему жизнь.

Но все это взяло с него свою дань. Гарри так и не пришел в себя после операции. Хотя электроэнцефалограмма показывала нормальную работу мозга – или же настолько нормальную, насколько это возможно, учитывая, что он был без сознания и ни на что не реагировал.

Гарри не открывал глаз с тех самых пор, как они закрылись на тротуаре возле отеля «Кардозо». Уже несколько недель.

Врач сказал мне, что Гарри слышит меня. И что Кларенса тоже слышит. Может, даже ощущает его. Каждый день я приходил к нему с Кларенсом. Кейт и Лейк тоже регулярно навещали его. А вот Блок не заглянула к Гарри ни разу с тех пор, как его положили в эту больницу. Я не намекал ей, что стоило бы. Кейт тоже. Блок не проявляла эмоций. Держала все в себе. Видеть Гарри на больничной койке было выше ее сил.

Я выпрямился на стуле, посмотрел на Гарри. Коснулся его руки.

— Сегодня утром я ездил на могилу Харпер, – сказал я.

Харпер была моим детективом. Нашим с Гарри общим другом. И не исключено, что могла бы стать той, с кем я провел бы остаток своей жизни. Я любил ее. И верил, что она тоже может любить меня. До той ночи, когда ее забрали у нас обоих. Это разбило мне сердце. И Гарри тоже. Кларенса он нашел незадолго до того, как Харпер стала жертвой убийцы. Она видела, как Гарри быстро подружился с беспризорным псом на улице. И этот беспризорник последовал за ним к нему домой. После чего Гарри оставил его у себя, назвав Кларенсом в честь Дэрроу – знаменитого адвоката по гражданским правам.

Харпер многозначительно посмотрела на меня, когда как бы вскользь заметила, что Гарри вообще нравится подбирать заблудших и беспризорных.

Я тоже был заблудшим и беспризорным – уличным жуликом, когда Гарри нашел меня.

— Мне не хватает ее, – сказал я вслух. – И тебя мне тоже не хватает, Гарри. Мне нужно, чтобы ты вернулся ко мне.

Я посидел еще немного, не зная, что еще следует сказать. А потом просто начал говорить:

— Дениз почти каждый вечер забирает к себе Кларенса. Ему нравится у нее дома. Тони Мать-Перемать частенько бывает там, и этот малый становится похожим на огромного плюшевого медвежонка, когда видит этого пса. По-моему, они перекармливают его всякими вкусностями.

Кларенс вскинул голову, с некоторой укоризной посмотрел на меня, а затем опять уткнулся мордой в лодыжку Гарри.

— Суд над Джексоном начнется завтра с утра. Я просто поражен, что Джон продержался так долго. Его семья прошла через ад. Элисон сейчас сидит на таблетках. Убийство матери практически уничтожило ее. Я думаю, отчасти она винит себя. Элисон едва держится. Блок с Лейком в последнее время были заняты выяснением у полиции обстоятельств убийства ее матери. Естественно, полиция не проявляет желания позволить нам поговорить с Алтеей. Лейк считает, что для простого совпадения это уже слишком. Думает, что тут есть какая-то связь с убийством Маргарет Блейкмор, хотя пока мы не смогли ее отыскать. Пока что все выглядит так: Алтея крадет драгоценности у Джексонов – но тут ей тупо не везет, и ее ловят на этом. И тогда Эстер, мать Элисон, сдает родню Алтеи иммиграционной службе. После чего Алтея мстит ей. Копы нашли в мусорном баке возле дома Эстер окровавленный фартук. И как только установили связь со звонком Эстер в ИТС, это обеспечило Алтее мотив – ее задержали, взяли у нее образец ДНК и нашли совпадение с тем, что был оставлен на окровавленном фартуке…