Книга Заживо погребенный. Отель «Гранд Вавилон», страница 167 – Арнольд Беннет

— Надеюсь, ваш батюшка поспеет вовремя, – шепнул Феликс.

— Тише, – предупредила Нелла, и они застыли в напряженном молчании.

Кто-то осторожно и очень ловко протиснулся через вентиляционное отверстие; в темноте наблюдатели видели лишь размытые очертания фигуры. Затем, проникнув в погреб, незнакомец уверенно направился к выключателю и зажег свет. Без сомнений, это был Жюль, и он прекрасно здесь ориентировался. Вавилон с содроганием смотрел, как наглец, некогда служивший у него метрдотелем, смело хозяйничает в драгоценном хранилище. Жюль направился прямиком к стеллажу под номером семнадцать и взял бутылку с верхней полки.

— «Романе-Конти» – любимое вино принца Евгения! – в ужасе прошептал Феликс.

Быстрым ловким движением с помощью инструмента, который, без сомнений, он нарочно принес с собой, Жюль снял с бутылки защитную пломбу, а затем достал из кармана маленькую плоскую коробочку с чем-то похожим на черную мазь^[49]. Вымазав палец в снадобье, Жюль натер им горлышко бутылки возле пробки. После чего искусно вернул пломбу на место и положил бутылку обратно. Затем выключил свет и полез в вентиляционное отверстие.

Когда Жюль был на полпути наружу, Нелла не выдержала:

— Он вот-вот сбежит! Папа не успел, мы должны остановить Жюля!

Однако Вавилон, сама осторожность, мягко, но решительно, остановил юную американку, которая показалась ему слишком стремительной и безрассудной. И пока мисс Рэксол выворачивалась из удерживающих ее рук, гибкая фигура Жюля исчезла.

Теодор Рэксол со всей возможной поспешностью поднялся из винных погребов на первый этаж, вышел из отеля и направился на Солсбери-лейн. Учитывая огромные размеры «Гранд Вавилона», это расстояние составляло почти четверть мили^[50], и поскольку по пути находилось несколько лестниц, около двух дюжин поворотов и немало проходов, которые в это время ночи были погружены во мрак, местами совершенно непроглядный, Рэксол никак не мог появиться на месте раньше, чем через пять минут. Если быть точным, к тому моменту, когда он выбежал на Солсбери-лейн, прошло даже шесть минут: целую минуту его донимал вопросами подвыпивший посетитель, заплутавший в коридорах отеля. Как известно, в самом начале Солсбери-лейн есть резкий поворот. Рэксол преодолел его на приличной скорости, но, к несчастью, ему навстречу попался тот самый полицейский, который не так давно любезно одолжил Жюлю спичку. Однако теперь этот полицейский пребывал едва ли в столь же добром расположении духа.

— Сэр! – воскликнул он, тотчас заподозрив неладное при виде господина в вечернем фраке, но с непокрытой головой, яростно мчавшегося по переулку. – Что случилось? Куда это вы так спешите?

С этими словами полицейский преградил миллионеру путь и пристально вгляделся в его лицо.

— Послушайте, офицер, – тихо ответил Рэксол, – не морочьте мне голову. У меня совершенно нет времени.

— Прошу прощения, сэр, – произнес полицейский, все еще с сомнением глядя на Рэксола, и неохотно отступил в сторону, пропуская его.

Миллионер рассчитывал спуститься по приставной лестнице в маленький дворик, а затем, спрятавшись за каким-нибудь выступом кирпичной стены, дождаться, пока мистер Том Джексон не полезет в погреб. Следуя своему плану, Рэксол проворно перелез через перила – огораживающие его собственный отель! – и собрался уже спуститься по приставной лестнице вниз, как вдруг чья-то рука схватила его за шиворот и сильно дернула назад. Дело в том, что Рэксол не принял в расчет полицейского. Хранитель правопорядка, глядя на странное поведение господина в вечернем фраке, тихо последовал за ним по переулку. А увидев, как тот карабкается через перила, утвердился в своих подозрениях, и вскоре Теодор Рэксол был позорно схвачен.