Книга Разоблачение Оливера Райана, страница 78 – Лиз Ньюджент

— За всю свою жизнь он никогда не дал мне ничего сверх того, что был обязан по закону, – я старался говорить тихо и спокойно. – Это я добился успеха. Только я. Один. Мне не нужны деньги. С чего ты взял, что твоему брату-ублюдку нужны эти твои покаянные деньги? – Я встал.

— Пожалуйста, пожалуйста, сядьте, я даю это вам не потому, что вы нуждаетесь, разве непонятно? Это не благотворительность. Вы должны были получить это раньше. Они принадлежат вам по праву.

Мой разум скользнул в воспоминания о том, как далеко я зашел, спасаясь от нищеты и отчаяния много лет назад. Ужасный поступок, мысль о котором даже не пришла бы мне в голову, будь у меня в то время финансовая поддержка отца.

— Уже поздно.

— Мне так жаль, я не хотел показаться невежливым. На самом деле это был просто дружественный жест. Я хотел, чтобы вы увидели, что я готов поделиться чем угодно. Моя мама тоже этого хочет.

— Твоя мать знала, что он бросил меня, и ничего не предприняла по этому поводу.

На это у него не было ответа, но, упрямый, он попробовал другую тактику.

— Я знаю, невозможно исправить… то, что произошло, но мы могли бы попытаться… Я мог бы помочь вам… двигаться дальше? Нам больше не нужно быть чужими. Моя мама хочет, чтобы мы стали друзьями. Ради бога, ты же мой брат!

Я видел, что он взволнован и выбит из колеи. Как же с его стороны наивно думать, что этот чек и болтовня за чашкой чая могут что-то исправить. В каком фантастическом мире он живет? Я знал, что потребуется не так уж много усилий, чтобы вывести безупречного Филиппа из себя.

— Ради Бога? Серьезно, Филипп? Ты думаешь, этот твой Бог позволил бы случиться такому? Нет никакого Бога.

Я нашел его ахиллесову пяту. Усомнился в его Боге.

— Что с тобой не так?! – закричал он. – Я просто пытаюсь поступать правильно. Если бы я знал много лет назад… Мне сказали, что от тебя одни несчастья!

— И ты никогда не сомневался в этом, никогда не задавал вопросов? О своем «дальнем родственнике»?

— С чего бы это мне? У меня не было причин! Я до сих пор понятия не имею, почему он ненавидел тебя… – Филипп остановил себя, но было слишком поздно. Эти слова уже вылетели.

Я ушел. Больше Филипп не пытался связаться со мной. Бьюсь об заклад, теперь он рад, что мы не установили братских отношений. В конце концов, ему же сказали, что от меня одни несчастья. Правду сказали. Спросите мою жену.

Кон начал поговаривать об уходе на пенсию. Но ему всего шестьдесят два! Ничто не смогло бы испугать меня больше. По крайней мере, когда он работал полный день, я делала более или менее всё, что мне заблагорассудится: ходила куда хочу и заводила небольшие интрижки там-сям без особых ограничений. Мысль о том, что безвольное, пустое лицо Кона будет торчать рядом со мной днем и ночью, пугала меня до жути.

Мой долгий роман с Оливером терял свой блеск. Я же не дура. Он отклонял больше приглашений, чем принимал. Он даже не трудился уже придумывать оправдания, просто говорил короткое «нет». Я дергалась несколько месяцев, потом сделала небольшую липосакцию живота и верхней части бедер. Это, казалось, временно оживило наши отношения. Но к октябрю прошлого года мне уже осточертело, что на меня не обращают внимания или воспринимают как должное, и стала придумывать, как бы нам подольше побыть наедине. Неплохим решением казалась поездка на двухнедельную школу изысканной кулинарии в французскую провинцию. Не для нас – для Элис.