Книга Странная Салли Даймонд, страница 38 – Лиз Ньюджент

— Потому что ты не узнаешь, мальчик это или девочка, пока он не родится.

— Не хочу сестру.

— Я так хотела забрать тебя!

— Сюда?

— Нет, домой к моим родителям.

Я ничего не сказал. Мне не хотелось, чтобы она была моей мамой.

Я достал из сумки яблоко. Отец всегда говорит, что нужно съесть что-нибудь полезное, прежде чем есть сладкое. Я откусил большой кусок и стал жевать. Она смотрела прямо на меня.

— Ляг обратно под одеяло.

Призрак послушалась, но я видел, что там осталась маленькая щелочка, через которую она продолжала смотреть на меня. Я подошел и ударил прямо туда. Она ахнула, потом снова приподнялась, только на этот раз ее лицо оказалось в крови.

— Прости, прости, – пролепетала она и заплакала.

Мне было неприятно смотреть на ее окровавленное лицо.

— Ложись обратно под одеяло и не смотри на меня. Глупая женщина.

Салли

— Думаю, нам нужно отнести медвежонка, записку, коробку и оберточную бумагу в полицию. Может, они смогут найти там следы ДНК, – предложила тетя Кристин.

— Сомневаюсь, – ответила Анджела. – Вы двое уже смыли большую часть улик. Мы все брали в руки коробку и бумагу. Так же, как и работники почты в Новой Зеландии и Ирландии и во всех промежуточных пунктах. Но, думаю, они смогут извлечь какую-то информацию.

— Судя по виду и возрасту медведя, предположу, что он принадлежал Дениз, – сказала тетя Кристин. – Похоже, ему лет пятьдесят или шестьдесят. Местами он уже изъеден молью.

Анджела кивнула.

— Что, еще раз, говорится в записке?

— «Думаю, ты будешь рада его вернуть». – Подписи нет. Только буква «C».

— Может, Салли как-то называла своего отца? Ты не помнишь, Салли?

Анджела жестом попросила ее остановиться.

— Не думаю, что Салли сейчас нужны все эти вопросы, Кристин.

— Извини, ты права.

— Я хочу пойти в кровать немного отдохнуть, – объявила я. – С Тоби.

Было уже пять часов и абсолютно темно. Обе женщины начали извиняться, говорить, что у меня, наверное, ужасный шок и что меня все эти открытия, наверное, потрясли. Тетя Кристин собралась съездить в деревню купить каких-нибудь продуктов и попозже позвать меня к ужину. Я пошла в свою комнату и предоставила им обсуждать меня и мое ужасное прошлое. Тоби я взяла с собой. Я устала от их болтовни, и мне нужно было время и немного пространства, чтобы подумать.

В своей комнате со старыми обоями в цветочек, которые много лет назад выбрала мама, я пыталась решить, что мне теперь делать. В голове было очень много вопросов.

Чуть позже я проснулась от восхитительных запахов с кухни. Я пошла в ванную и умыла лицо.

Тетя Кристин встретила меня на кухне.

— Дорогая! Хорошо поспала? Анджела останется на ужин. Надеюсь, ты не возражаешь. Я запекла курицу.

— Для нас троих?

— Да, из остатков можешь сделать сэндвичи или суп, как хочешь.

Еще она сделала пюре из картошки, морковки и пастернака, как в каком-нибудь кулинарном шоу.

— Накроешь на стол, дорогая?

Я отодвинула стол от стены, откинула крышку, и он стал таким же большим, как когда мама была жива. Мы с отцом всегда ужинали на подносах перед телевизором. Но обедали на кухне. Теперь все было наоборот.

Хотя это меня немножко нервировало, голос тети Кристин действовал на меня успокаивающе. Она рассказала про блюда на ужин, а потом вспомнила, как они с Джин вместе зашли в «Арротс» и купили одинаковые наборы тарелок, и порадовалась, что мы ими до сих пор пользуемся. Она говорила очень похоже на маму, и с закрытыми глазами я могла представить, будто мама вернулась, хоть это и невозможно. Это была приятная мысль.