Книга Странная Салли Даймонд, страница 39 – Лиз Ньюджент

— Где Анджела?

— Ей нужно заскочить домой, чтобы покормить собак и сделать еще пару вещей. Но она должна скоро вернуться.

— Мне достать вина из шкафа?

— Ох, думаю, мы сегодня выпили уже достаточно алкоголя. У тебя есть газированная вода?

Я пошла за водой в гостиную, но тут резко остановилась. Понеслась в свою комнату. Разбросала там все белье. Побежала обратно на кухню.

— Где Тоби? – закричала я.

— Милая, я…

— Где он? – Мои щеки запылали. Голова гудела.

В дверь позвонили.

— Это, наверное, Анджела. Она сможет объяснить.

Я впустила Анджелу.

— Где Тоби?

— Успокойся, Салли, вдыхай четыре сек…

— Ты забрала его, когда я спала?

— Да, забрала. Тоби – это игрушка, Салли, но, может быть, удастся выяснить, откуда его прислали. Я отвезла медведя, коробку и всю бумагу в участок в Роскоммоне. Они отправят его в лабораторию в Дублине, и следователи смогут…

— Он был мой!

— Салли, постарайся мыслить здраво…

Я бросилась на Анджелу с кулаками и начала колотить ее по лицу, по животу и по рукам. Она согнулась и подалась вперед, закрывая руками голову, а локтями защищая лицо. Тетя Кристин стала меня оттаскивать.

— Салли! Прекрати немедленно! – Суровый тон тети Кристин был похож на мамин.

Моя ярость угасла так же быстро, как и вспыхнула. Я села на стул в прихожей. Тетя Кристин повела Анджелу на кухню. Я слышала, как они шепчутся. Я поступила плохо. Опять. Я поступила очень, очень плохо. Я начала раскачиваться взад-вперед на стуле. Я не могла контролировать свои эмоции. Возможно, меня стоило где-нибудь запереть.

— Анджела, извини, мне так жаль! Я вышла из себя.

Она прижимала пакет замороженного горошка к челюсти. Тетя Кристин склонилась над ней. Слава богу, крови не было.

Анджела жестом попросила меня замолчать, а потом покачала головой и сморщилась от боли.

— Господи, Салли! Да ты просто как с цепи сорвалась. Я и не думала, что ты можешь быть такой агрессивной. Такое поведение абсолютно неприемлемо.

Я видела, что тетя Кристин тоже злится, и, когда я повернулась к ней, она отшагнула. Она тоже меня боялась.

— Я не понимаю, почему я это сделала, правда не понимаю!

Я почувствовала, что у меня снова горят щеки.

— Этот медведь что-то в тебе пробудил, Салли, – вздохнула Анджела. – И именно поэтому его должны изучить. Если его прислал твой биологический отец, то, возможно, его удастся по нему отследить. Мы не знаем наверняка, но попробовать стоит. Подумай, сколько горя он причинил тебе и твоей родной матери. Со мной все будет в порядке, но ты могла серьезно меня покалечить. У тебя раньше часто случались такие приступы агрессии?

Я подробно описала ей семь инцидентов: три, когда мне было семь лет; один – в восемь; один – в девять. Мама тогда сказала, что это просто детские истерические припадки. Один в четырнадцать лет – с мужчиной на автобусной остановке, и один последний раз в школе, год спустя, когда девочка за задней партой отрезала один из моих хвостиков. Меня чуть не исключили, но я отделалась недельным отстранением. Я сломала ей руку. Мне пришлось написать письмо с извинениями.

— И с тех пор до нынешнего момента – ничего?

— Нет, клянусь. Можно мы заберем Тоби?

— Нет, – отрезала Анджела. – Категорически нет, ты же видишь, как он на тебя влияет.

— Это не самая лучшая идея, – согласилась тетя Кристин.