Книга Убийства по книге, страница 106 – Эми Шаумберг

— Не та история, – прошептала Эмма, вздрагивая.

— Правда? У Шекспира, Кристи – самые необычные убийства, тела в библиотеке – по сути детективы. Что, если мы слишком педантично подходим к анализу ситуации, концентрируясь только на самих текстах? Может, нужен взгляд с другого ракурса?

— Например? У нас в распоряжении средневековый роман, трагедия елизаветинских времен с небольшим вкраплением Викторианской эпохи и легким налетом классики детективного жанра… – Эмма осеклась и покачала головой. – Картины, цитаты, подсказки – все это может быть просто набором наугад взятых деталей. Должна быть связующая нить, которая их объединяет.

— Послушай, уже почти два часа ночи… – Рори устало потер лицо. – Ты вымоталась. А я даже не соображаю, что говорю. Может, пора…

— Ты прав. Уже поздно для такого обсуждения, – согласилась Эмма. Однако запутанный клубок его теорий уже оплел ее мозг слишком плотной паутиной. Когда началась история убийцы? С первого преступления? Или с выставки? Неужели он наблюдал за их первой неуклюжей беседой с Иэном? После чего решил положить идею в основу? Вот только Сара к тому моменту уже погибла. Могла Эмма быть последней героиней, призванной удержать интерес аудитории? Выбрал ли он ее… – Уже поздно, – повторила она, обрывая круговорот мыслей, прежде чем они окончательно утянут на дно. Затем встала и подошла к столу. Нетронутый кофе превратился в едва теплую непривлекательную жижу. Оставалось лишь вылить ее в раковину. – Если ты прав, то мы с убийцей знакомы, верно?

— Не исключено. Но им может оказаться и кто-то посторонний. Тот, кто лишь мечтает об отношениях с тобой: почтальон, работник архива, прохожий на улице… – Рори поднялся на ноги и приблизился к Эмме. – Мне очень жаль, что на тебя свалились эти неприятности. – Он мягко притянул ее к себе.

На мгновение она позволила себе расслабиться и прижалась лицом к его груди, обвив руками за талию. Рори опустил подбородок на макушку девушки, пока они молча обнимались. Затем он попытался высвободиться, но Эмма не отпустила.

— Хочешь, чтобы я ушел? – спросил он.

— Нет.

— Хочешь, чтобы я остался и поспал на диване?

Она обдумала предложение, наслаждаясь теплом Рори, после чего ответила:

— Нет.

— Хочешь, чтобы я разделся? Раньше у нас до этого не доходило.

Эмма рассмеялась, по-прежнему прижимаясь к груди Рори.

— Нет. Хочу просто слышать твое дыхание. Можешь побыть со мной немного и?..

— Дышать? Да, это я могу. – Он поцеловал ее в макушку. – Тогда давай устроимся поудобнее.

Они переместились в спальню, не разжимая объятий. Эмма лишь отстранилась, чтобы поправить одеяло и лечь. Рори сел на кровать, снял обувь, расстегнул часы и убрал их на прикроватную тумбочку, затем устроился рядом с девушкой, не раздеваясь, и взял ее за руку. Другой рукой она потянулась выключить свет, но после секундного колебания спросила:

— Ты не против, если я оставлю лампу гореть?

— Нет, конечно, нет.

Эмма прижалась к Рори, наслаждаясь его теплом и цепляясь за эти мгновения нормальности, а потом наконец позволила грузу пережитого дня утянуть себя на дно сна без сновидений.

Иэн дождался, пока доктор Айви Уоллард выйдет из второй секционной и снимет перчатки, после чего приблизился. В глаза словно насыпали песок, а шея затекла после половины ночи, проведенной в машине, и другой половины бесцельных разъездов по улицам. И только ближе к рассвету он вернулся к дому Эммы. Автомобиль Тэмблина остался припаркованным снаружи. Отчасти Иэн продолжал сомневаться в благонадежности декана, но больше не мог определить, насколько это суждение профессионально, потому что никогда раньше не ввязался бы в перепалку со свидетелем прямо под окнами пострадавшей. Разве мог поступить так нормальный детектив? Он перестал понимать себя. Поэтому пришел в участок рано утром, но сбежал, когда на работу явился напарник, и предпочел флуоресцентную стерильность морга обсуждению неподобающего поведения накануне вечером. Даже если Майк пока не слышал о случившемся с Тэмблином, то вскоре его обязательно просветят.