Книга Убийства по книге, страница 107 – Эми Шаумберг

— Детектив, – коротко кивнула Айви в знак приветствия.

Тело Филиппы Майнор на прозекторском столе было почти не видно за закрытыми дверями. Иэн ощутил приступ раскаяния, точно зная, что вскоре там появится еще одна жертва.

— Доктор.

— Сомневаюсь, что мои новости достойны вашего визита. Я не обнаружила ничего знаменательного. Причиной смерти послужила обширная кровопотеря из перерезанных лучевых артерий на обеих руках. Следов насилия или обезвоживания нет. Пищу девушка принимала за несколько часов до гибели. Отсутствие намеков на сопротивление и отметин от уколов предположительно говорит об одурманенном состоянии жертвы – хотя токсикологический анализ пока не готов. Мои сотрудники работают над физическими уликами, но, по предварительным оценкам, не найдено никаких новых зацепок. А то, что есть, может помочь предъявить обвинение, основанное на косвенных доказательствах, но…

— Но сначала нужно поймать подонка.

— Извините. Максимум, что я могу, – подтвердить прежний шаблон поведения. Удачи в поисках. – С этими словами миниатюрный судмедэксперт зашагала прочь, оставив Иэна одного.

Он вздохнул и поплелся из холодного коридора обратно в участок. Майк сидел на своем месте. А рядом с ним на стуле, принесенном из конференц-зала, устроилась Эмма. Оба подняли головы и посмотрели на вошедшего Иэна: один с любопытством, вторая с бесстрастным выражением лица.

— Доброе утро, – поздоровался он, занимая свое место за столом, а затем, чтобы скрыть смущение и не встречаться с гостьей взглядом, поспешил закопаться в документы.

— Доброе, – тихо и невыразительно откликнулась Эмма.

— Профессор Райли пришла дать официальные показания насчет вчерашних событий.

— Боюсь, что мне почти нечего добавить к тому, что я говорила раньше, – сообщила она, не глядя на Иэна.

Майк продолжил расспросы, не обращая внимания на воцарившуюся неловкость.

— Вы можете предположить, чем новая цитата отличается от прежних? Или выдвинуть теорию о том, что их объединяет?

— Кажется, Дездемону рисовал как минимум один художник-прерафаэлит, но… – Покачав головой, Эмма покосилась на Иэна, но тут же отвела глаза.

Он удивился своему внезапному желанию коснуться ее, поэтому, чтобы отвлечься, взял ручку и с силой вжал колпачок в ладонь.

— А что насчет Байрона? – не сдавался Майк.

— Я не знаю. Он не очень подходит, насколько мне известно. Но опять же, это не тот автор, творчество которого я преподаю, поэтому могу ошибаться. Думаю, цитата – просто предупреждение… держаться подальше.

— Ладно, – произнес Майк. – Сейчас я распечатаю ваши показания. Посидите здесь пару минут. – Он встал, забрал планшет, на котором делал пометки, и направился в другой конец помещения.

Эмма кивнула, закусив губу, после чего принялась теребить в руках ткань блузки. И наконец подала голос:

— Иэн, насчет вчерашнего… – И умолкла, вызвав у него беспричинный всплеск надежды. – Я просто хотела поблагодарить, что ты присматривал за мной. Очень… любезно с твоей стороны.

Иэн изучил лицо Эммы, отметив ее частое неровное дыхание. Он должен был что-то ответить, что-то сделать. Но вместо этого лишь брякнул:

— Без проблем.

Он и сам понимал, как сейчас выглядит в ее глазах со стороны: напряженный, хмурый, со скрещенными на груди руками, не в состоянии спокойно усидеть на месте. Огромное количество подозреваемых вели себя в допросной именно так, демонстрируя свою нечистую совесть. Усилием воли Иэн попытался расслабиться и принять нейтральную позу.