Книга Двенадцать граней страха, страница 26 – Марина Серова

Особенно меня интересовали восточные артефакты — гадальные кости, японский веер, нефритовая статуэтка Гуаньинь.

И я вновь погрузилась во всемирную паутину информации, жареных фактов и фейковых новостей.

О черт! Поверить не могу. По документам, большая часть конфискованной коллекции была продана с государственного аукциона. И главным покупателем был…

— Василий Дорохов, — проговорила я вслух.

Часть лотов ушла Елизавете Крутовской и Степану Гордееву. Они были единственными участниками торгов — других просто не допустили под предлогом «особых требований к квалификации покупателей редких предметов искусства». А аукцион организовывал… Компания «Восточный альянс». Владелец — некий Игорь Семенович Лаптев.

— Тот самый реставратор, — пробормотала я. — Да прелесть же, что за паутина получается.

И, собственно, три месяца назад из колонии строгого режима освободился Чен Ли, 29 лет, отбыл полный срок в десять лет за контрабанду культурных ценностей и мошенничество в особо крупном размере.

Воспользовавшись поставленной мне знакомым хакером не вполне легальной программой, я выяснила, что зарегистрирован освобожденный Чен Ли в общежитии на окраине города. Проживает ли он там в действительности? Если потребуется, узнаю.

Пазл сложился полностью: десять лет назад группа коллекционеров во главе с Дороховым подставила китайского антиквара и его сына, чтобы завладеть их коллекцией. Судья Ветров обеспечил юридическое прикрытие, а реставратор Лаптев организовал фиктивный аукцион. Жена антиквара не выдержала позора и покончила с собой.

Теперь сын вышел на свободу и начал методичную, продуманную месть. Он создает идеальные копии наиболее ценных для своих врагов артефактов, подменяет их и, возможно, обеспечивает «дополнительные эффекты» с помощью редких китайских ядов. А возможно, роль играет и психосоматика — когда суеверные коллекционеры обнаруживают подмену своих талисманов удачи, они начинают сами притягивать несчастья.

Я еще немного порылась в интернете и — бинго! — нашла фото десятилетней давности с какого-то приема.

«Коллекционер восточных редкостей Василий Дорохов демонстрирует свое собрание раритетов» — гласил заголовок коротенькой статьи. На фотографии Дорохов, лет на десять моложе, но с той же самодовольной улыбкой, пожимал руку седовласому судье. За ними виднелся интерьер роскошного зала с азиатскими мотивами в декоре. Я увеличила изображение — на фоне висели те самые гадальные кости, из-за которых сейчас разгорелся весь сыр-бор.

На фотографии стояла дата — снимок был сделан за день до вынесения приговора Чену Ли. И вряд ли мне нужно угадывать, кто судья. Аркадий Ветров. Тот самый, который по окончании судебного процесса переквалифицировался в востоковеды. Еще одна ниточка в нашу паутину связей.

Иногда я думаю, что в прошлой жизни была кошкой. И дело даже не в моей природной грации или способности приземляться на четыре конечности после падения с высоты собственного эго. Просто любопытство порой заводит меня в такие дебри, откуда приходится выбираться, теряя не метафорические, а вполне реальные жизни. Восемь уже потеряла, осталась последняя.

Адрес, который мне подсказал неизвестный пока доброжелатель — Ольховая, дом 17, — оказался на самой границе города, где элитные коттеджи постепенно уступали место заброшенным советским постройкам. Здание, когда-то бывшее, судя по архитектуре, купеческим особняком, стояло за ржавым забором, полускрытое разросшимися деревьями. Табличка с номером еле держалась на одном гвозде. Открытка для любителей эстетики запустения.