Книга Криминальный оракул, страница 55 – Марина Серова

Меня прошиб холодный пот. В обход всевозможных инструкций и здравого смысла Комарова опять выставляла себя напоказ. Вот сейчас эта взвинченная барышня поинтересуется, откуда…

— Ой, – девушка смущенно отвернулась, зашуршала бумагами, торчавшими из папки на ее коленях. Перед моим взглядом мелькнул заголовок медицинского бланка.

Подтверждение о наличии беременности.

У меня внутри словно тугая пружина разжалась.

— А я вот первый раз лечу, и правда первый. – Пассажирка снова повернулась к нам, едва закрыла папку. – Просто не люблю самолеты, а вы?..

Она успокоилась, разговорилась, на щеках проступил румянец. Василиса Ефимовна тоже оживилась. И, к счастью, более никаких фортелей не выделывала и в разговоре себя не выдавала.

— Знаете, – призналась пассажирка, прежде чем повернуться обратно к себе, – я вот села, и так нервничала. А с вами поговорила – будто с мамой. Так спокойно стало, будто ничего страшного в жизни больше не случится.

Василиса Ефимовна уверенно кивнула ей.

— Все будет хорошо, – заверила она.

Ох, как мне-то хотелось на это надеяться.

Сперва все шло вполне спокойно. Я послеживала то за Русланом, то за Комаровой. Но мальчик хлопот вообще не доставлял. Поразительно нетребовательный, он поел и вскоре заснул.

Василиса Ефимовна, кажется, тоже спала. Сидела неподвижная, будто статуя. Голова откинута, руки расслабленно лежат на подлокотниках, глаза закрыты.

Пассажирка впереди нас обернулась было разок, но, увидев, что Комарова спит, в разговор вступать не стала.

Я продолжала бдеть, не позволяя себе отвлечься чтением или прослушиванием музыки. Поразглядывала немного свою подопечную. И как только в этой небольшой женщине сконцентрировалась такая сила? Как же так вышло, что мы с Коноваловым не могли ее сдвинуть?

Комарова всхрапнула, отвернула лицо от меня в сторону окна. Не открывая глаз, почесала левое запястье. Рукав остался задранным, рука свесилась, а потом и вовсе упала с подлокотника на колено.

Я во все глаза уставилась на недлинный шрам, аккуратно вдоль рассекший запястье. Похоже, порез был глубокий, опасный для жизни.

Часы, поняла я, Василиса Ефимовна в этот раз не надела часы. Широкий ремешок успешно прятал шрам, вот я и не замечала. Да и одежда по зимнему времени у Комаровой вся с длинным рукавом.

Это кто ж вас так, подумала я, переводя взгляд с запястья гадалки на ее лицо.

И наткнулась на сосредоточенный, ничуть не сонный взгляд.

На секунду меня словно парализовало. Затем моя подопечная сморгнула, и меня отпустило.

Но это оказалось еще не самое неприятное.

— Вы куда? – встрепенулась я, когда Комарова начала подниматься с места.

— В туалет.

Я поднялась, чтобы дать ей пройти; и прошла следом за ней, через салон экономкласса. Она и впрямь направлялась туда, куда сказала.

Как будто она куда-то денется из самолета, напомнила я себе. Из подводной лодки хотя бы уплыть можно, а тут разве что вниз сигануть.

На секунду мне отчетливо представилась Василиса Ефимовна, в позе Супермена преодолевающая воздушное пространство. Одна рука вытянута вперед и сжата в кулак, тело в горизонтальном положении, платок и полы экошубы трепещут на зимнем ветру.

— Вы в очереди стоите? – поинтересовался один из пассажиров, подошедший к туалету.

— Жду человека, – миролюбиво пояснила я, стоя возле дверей туалета. – Сейчас она выйдет, и я уйду.