Книга Разделяй и властвуй, страница 38 – Марина Серова

Бекешин припал на одно колено, а затем, подобно спринтеру, рванул вперед на неприятеля. Я последовала его примеру. Кулак недавнего зэка стремительно рассек воздушное пространство и впечатался в массивную челюсть одного из вышибал. Удар получился отменным. Ноги охранника оторвались от пола, его подбросило немного вверх, а затем он рухнул на пол всей массой. И замер. Качественно проведенный нокаут. Я мысленно поаплодировала Крокусу. Затем отскочила влево, запрыгнула с ногами на гардеробную стойку, оттолкнулась подошвами и, словно выпущенное из артиллерийского ствола ядро, полетела навстречу ближайшему ко мне противнику. Крокус кувыркнулся через голову и покатился в сторону. Я двумя ногами врезалась в грудь двухметровому амбалу, заставив его отлететь назад, как тряпичную куклу. В падении он, кажется, качественно приложился затылком к мраморной ступени лестницы, но меня в этот момент это обстоятельство мало волновало. Андрей уже оказался лицом к лицу с новым неприятелем. Последний попытался достать наглеца серией быстрых и хорошо отработанных ударов, но, видно, Крокус был человеком искушенным в подобных вопросах. Ни один из ударов не достиг цели. Все они оказались ловко заблокированы. Крокус нырнул вниз, затем распрямился и провел хук с правой, позавидовать которому вполне мог даже легендарный Майк Тайсон.

Из игрового зала к выходу неслись любители азартных игр, так некстати оказавшиеся здесь в этот злополучный день. Я была уверена, что им хватит времени на полную эвакуацию, пока мы тут с ребятами Ферзя играли в ковбоев.

Передо мной оставался последний из охранников. Сложившаяся ситуация явно не располагала сейчас к философским дебатам. Почувствовав силу противника, мой визави быстро сунул руку за отворот пиджака, в надежде дать более качественный отпор, и я не сомневалась, что в эту самую секунду его цепкие пальцы сомкнулись на рукоятке скрытого от посторонних глаз оружия в наплечной кобуре. Однако я не могла позволить себе такой роскоши, как бросаться грудью на ствол пистолета. Сложив пальцы в позицию «клюва», я резко ударила здоровяка в точку между верхней губой и основанием носа. Старый, не раз испытанный прием деморализует противника мгновенно. При неверном расчете силы удара такая атака способна привести даже к летальному исходу. Но я все рассчитала правильно. Глаза охранника закатились, руки безвольно повисли вдоль тела, а он сам, секунд пять покачавшись из стороны в сторону, рухнул к моим ногам, как могучий кедр под мощными ударами топора дровосека.

Металлический скрежет за спиной заставил меня резко обернуться в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Стальная решетка, выскочившая из открывшегося в потолке лаза, с грохотом рухнула на мраморный пол, закрывая выход. Кто бы мог предположить, что в «Рифусе» имеются в наличии такие новомодные средства безопасности. Я тут же перевела взгляд на входную дверь, где еще пару секунд назад в беспорядке толпился народ, спеша покинуть здание, и досадливо поморщилась. Выход на улицу был отрезан такими же толстыми металлическими прутьями, тянувшимися от пола до потолка.

Андрей подошел ко мне. Справа от нас еще шевелился тот тип, который принял на себя первый нокаутирующий удар Бекешина. Он был совсем неопасен. Его лицо исказилось в жуткой болезненной гримасе, а пальцы все еще лихорадочно пытались ухватиться за дверной косяк. Крокус ударил его ногой в живот, парень приглушенно хрюкнул и затих.