Книга Разделяй и властвуй, страница 40 – Марина Серова

— Только не корчи из себя Индиану Джонса, — презрительно поморщилась я. — Ненавижу дешевые рисовки. А вот в игровой зал все-таки стоит наведаться.

Я развернулась и решительно направилась к белой двустворчатой двери. Андрей послушно двинулся за мной. Скажу честно, я ожидала увидеть то, что увидела, а именно, ни единого выхода к спасению. Все окна первого этажа благополучно скрылись за цельными металлическими ставнями, видимо, приведенными в режим блокирования одновременно с двумя стальными решетками в общем холле. Наверняка «Рифус» еще ни разу за время своего существования не выглядел таким пустынным и унылым. Оставленные по центру бильярдных столов шары из слоновой кости, разбросанные повсюду карты и игорные фишки различного достоинства, грустно подмигивающие друг другу разноцветными огоньками игровые автоматы — все это было похоже на покинутое после ужасного смерча заведение. Мертвый город. Я даже мысленно усмехнулась от столь поэтического и высокопарного сравнения. Крокус остановился возле одного из столов с изумрудным сукном и машинально катнул один из шаров. Тот резво ткнулся о противоположный борт, а уже секунду спустя проворно юркнул в угловую лузу. Меткий удар, но за игру без кия Андрея бы, безусловно, оштрафовали.

Я прошлась по периметру зала и замерла возле карточных столов. Невольно заинтересовавшись, перевернула ближайшие ко мне три карты. Четыре, семь, десять. Кто-то из покинувших здание явно теперь затаил обиду на нас с Бекешиным. Сорвался хороший куш.

— А что, — глаза Андрея засветились неудержимым азартом, — может, и впрямь сыграем? Под интерес? Потянешь против меня?

Я тяжело вздохнула.

— Играть со мной на деньги, Крокус, бессмысленно. Если я проиграю, ты вернешь их мне, как средства на текущие расходы. Я ведь на работе сейчас нахожусь. Это во-первых. А во-вторых…

Завершить фразу я не успела. Звонкая телефонная трель в пустующем зале казино прозвучала слишком уж зловеще и заставила меня непроизвольно вздрогнуть. Я покрутила головой в поисках аппарата и вскоре наткнулась на перламутровую трубку радиотелефона, покоившуюся на дальнем столе возле окна. Крокус перехватил мой настороженный взгляд.

— Думаешь, это нам звонят? — спросил он.

— А кому же еще? — усмехнулась я. — Здесь больше никого нет.

Андрей шагнул к трубке, но я преградила клиенту дорогу:

— Я возьму.

Продолжительный сигнал телефона свидетельствовал о том, что звонивший не сомневался в ответе абонента. Рано или поздно, по его мнению, трубку должны были снять. Я взяла ее в руки и нажала круглую верхнюю кнопку.

— Алло!

— Евгения Охотникова, если не ошибаюсь? — Прежде мне уже доводилось слышать этот хрипловатый баритон, но где именно и при каких обстоятельствах, вспомнить не удалось.

— Да, это я. С кем имею честь?

— Ферзь! — коротко представился собеседник, и я почувствовала неприятный холодок где-то внизу живота.

Я не испытывала священного ужаса от общения с Ломовцевым, да и вообще, не относила себя к робким особам, но было в его голосе что-то леденящее душу.

— А мы разве знакомы, Ферзь? — как можно бодрее произнесла я и подмигнула подошедшему Крокусу.

— Теперь полагаю, что да, — усмехнулся Ферзь. — И попрошу заметить вас, многоуважаемая Евгения Максимовна, инициатива знакомства исходила вовсе не от меня. Вы залезли на чужой огород.