Онлайн книга «Спрятаться не поможет»
|
Закончив свой монолог, Сергей Николаевич с торжествующим видом посмотрел на меня. Я только развела руками: — Ничего не могу сказать, кроме того, что вы правы. Как там говорится? Терпение и труд все перетрут? — Именно, – кивнул головой преподаватель. — Сергей Николаевич, простите за личный вопрос, но нашим читателям будет интересно узнать, в вашей семье есть еще художники? Быть может, кто-то из ваших детей окончил училище или еще учится здесь? — Нет, в семье я один живописец, – проговорил Шаинский. – Жена у меня юрист, дети рисованием тоже не увлеклись. Старшая дочка окончила факультет иностранных языков и работает за границей, младшая – филолог. В меня, увы, никто из детей не пошел. — Надо же! – изумилась я. – Жаль, что вам некому передать свои умения и навыки в живописи! — Ну почему же – некому? – удивился преподаватель. – Я передаю свои знания студентам, которые у меня учатся. Они для меня – как дети, и я очень переживаю за них. А сейчас, уважаемая Татьяна, прошу меня извинить, но мы слишком с вами заболтались. Из всего, что я вам наговорил, вы, думаю, составите повествование. А мне не мешало бы проверить, чем там мои занимаются. Пройдемте, я закрою кабинет. Я поняла, что наша беседа закончена. Негусто – пока я узнала только то, что для художника важнее не талант, а работоспособность. Но мне ничего не оставалось – я вышла вслед за преподавателем, а тот закрыл мастерскую, где проходил наш разговор. Шаинский вернулся в сорок седьмую аудиторию, я нагло последовала за ним. Однако Сергей Николаевич зря волновался – почти все девушки, присутствующие в мастерской, прилежно штриховали свои рисунки, слышалось шуршание карандашей по бумаге. Только две юные особы, блондинка с прямыми волосами под «каре» да девушка с волнистыми кудрями, периодически перешептывались. Кира сидела, погруженная в процесс – похоже, она даже не услышала, когда мы вошли. Шаинский обвел глазами аудиторию, слегка нахмурился и строго проговорил: — Ева и Рита, разговорчики отставить! Вы и так отстаете от группы, вам вообще-то еще один планшет с частями лица Давида надо сделать! Голову зря начали – рано вам еще! Девчонки послушно замолчали, кудрявая тихо пробормотала: — Извините, Сергей Николаевич, мы просто рисунок обсуждали… — Рисунок надо не обсуждать, а делать! – заявил Шаинский. – Кто готов показать композицию? Не забывайте, у вас три темы. Третья – свободная, все, кто претендует на пятерку, должны ее сделать! Пока мне только Белоусова показывала материал по третьей теме. А остальные? — Сергей Николаевич, можно вам вторую показать? – бойко спросила высокая девушка плотного телосложения с длинными волосами, собранными в пучок на макушке. Вместо заколки девушка использовала кисточку – похоже, такая мода приветствовалась среди живописцев. На вид художнице было лет двадцать – двадцать пять, я поняла, что это либо Настя, либо Катя. — Хорошо, идем сюда, – кивнул Шаинский. На меня он не обращал никакого внимания, я же с интересом наблюдала за происходящими событиями. Девушка встала со стула, поправив длинную джинсовую юбку. Взяла папку с рисунками и подошла к окну, возле которого стоял преподаватель. Мне захотелось посмотреть, как выглядят работы по композиции – Сергей Николаевич говорил, что это основной предмет у живописцев. |