Книга Смертельный юмор, страница 70 – Марина Серова

Никогда мне еще не было так страшно, как сейчас. Хотя, казалось бы, опасность уже позади, мы спасены, погоню вряд ли за нами отправят – подумают, что либо мы на территории, либо сгорели в старом доме.

Дорога была ухабистая – быстро не поедешь. Днем мне казалось, что она была немного другой. А может, просто я ехала в ином настроении и не обращала внимания на такие мелочи. Вырулив на достаточно широкую дорогу, я взглянула на небо – тучи разошлись совсем, огромная луна в полнеба хорошо освещала путь. Подумав, что выключить фары – это будет хорошее решение, я так и сделала, а то мало ли что – на беду и палка стреляет.

Сколько я еще ехала – неизвестно. Время складывалось для меня в длинную, длинную ленту жвачки, которую нужно вытягивать из круглой коробочки, и хочешь ее оторвать, а не можешь – она лишь становится эластичней и еще сильнее растягивается. Вскоре передо мной стали появляться разветвления. Не помню, чтобы днем я их тут видела.

В одном месте на перекрестке, которого, кажется, и в помине не было, когда мы ехали сюда, я свернула не в ту сторону. И только когда уперлась в непроходимый бурелом, я это поняла. Надо было сдавать и как-то задом выбираться. Передо мной лежала старая поваленная сосна со своими собратьями.

Я посмотрела в зеркало заднего вида и стала прикидывать, что и как мне лучше сделать.

И в этот момент я увидела свет фар, кажется, за нами погоня. Но нет, я ошиблась, машина двигалась, наоборот, по направлению к базе, я решила пропустить ее и лишь потом двинуться самой в нужную сторону.

Машина проехала достаточно быстро – еще бы, джип. Да и водитель, видимо, неоднократно здесь проезжал, раз так спокойно, свободно и достаточно быстро едет по этой дороге.

Когда я практически добралась до выезда из леса, поняла, что стало как-то светлее. Наверное, это потому, что закончился лес и его мрачность. Но нет, хорошо присмотревшись, я различила, что впереди маячила тонкая розовая полоска, начинался рассвет. Точно говорила моя тетушка: «Самое темное время перед рассветом. И самое страшное тоже».

Я выдохнула и в этот момент услышала шум машин. Тут же вдавив педаль газа в пол, я рванула на всей скорости. В зеркало заднего вида заметила, как из-за поворота вывернулся тот самый вездеход. Дистанция между нами была хорошая. Главное – успеть домчать до города, а там проще будет либо потеряться на улицах, незаметно свернув в подворотню или сквозной дворик, либо домчаться до ближайшего отделения полиции. Но, видимо, у моих преследователей машина была помощней – расстояние между нами сокращалось с невероятной скоростью.

Послышался звук выстрела, а я увидела, как из окна машины, спешащей за нами, высунулся мордоворот, что приходил в наш номер вечером.

Я помчалась еще быстрее, на пределе своих возможностей и возможностей моего автомобиля, в этот самый момент очухался Ираклий и стал подниматься.

— Лежать! – заорала я, понимая, что если преследователи выстрелят еще раз, то попадут прямиком ему в затылок, и вся моя работа по его охране и сохранению жизни и здоровью будет насмарку.

Ираклий рухнул как подкошенный без слов – то ли ему снова стало плохо, то ли он понял меня с полуслова – и то и другое к лучшему, лишние жертвы сейчас ни к чему.

Впереди маячил достаточно крутой спуск, дорога была четырехполосная и делилась ровно на две части скромным заборчиком посередине. Издалека нам навстречу по противоположной стороне поднимался огромный мусоровоз, пытаясь набрать скорость.