Книга Взрывное лето. Сюита для убийцы (сборник), страница 123 – Марина Серова

— Николай, что вы не рассказали в милиции? – мягко поторопила я его. Вот еще, будет он мне объяснять, как я должна соблюдать интересы нанимателя. Решил сознаться в убийстве, давай! Четко, ясно, с подробностями. А уж смягчающие обстоятельства, разговор о непредумышленности содеянного, хорошая характеристика от коллектива и просьба взять на поруки – это все потом.

— Дело в том, что когда я в тот вечер заглянул к Князеву, – заторопился Маркин, – а я именно заглянул, долго ли отпроситься…

— Э-э, минуточку! – снова остановила его я. – Ну-ка сначала. Зачем вы пошли к Князеву?

— Так я же и говорю! Я и в милиции так сказал – мне надо было отпроситься со следующей репетиции, к зубному, – послушно начал сначала Маркин.

Я смотрела на него во все глаза. Вот тебе, Танечка, и признание, размечталась! А Маркин продолжал рассказывать, сжимая авторучку дрожащими пальцами.

— И только я стал ему это объяснять, как зазвонил телефон. Князев мне махнул рукой, подожди, дескать, и снял трубку. Поговорил, потом я ему объяснил про талон к врачу. Он обругал меня за то, что беру талоны на рабочее время, но отпустил. А когда его нашли, я, конечно, об этом телефонном разговоре вспомнил. Князев тогда договорился о встрече и того, с кем разговаривал, по фамилии назвал. Так и сказал: «Жду тебя, Медведев, до десяти, не задерживайся!» Вот.

Ай да Коля! Ай да сукин сын! Сознается он в убийстве, щасс! Он же слышал, что я с Романом о драгоценных камнях говорила. И почувствовал, что пахнет жареным. Как он ловко все стрелки на Лешу перевел. Я быстро прокрутила в голове все, что могло быть против Леши. Он родом с прииска – это раз, в камнях разбирается – это два, репутация оболтуса – три. Неплохой букет. И хотя алиби на время убийства и, пожалуй, на время телефонного звонка, имевшего место, по словам Маркина, минут в пятнадцать десятого, у него есть, оно не менее жидкое, чем у самого Маркина… Что у нас еще остается? Голос! Лешу Элен не занесла в свой список, а вот Маркина занесла. И вообще какого черта? Леше я верю на миллион долларов, а Николаю Маркину – ни на грош. И если я ошибаюсь, то чего стоит моя хваленая интуиция?

— Только я вас попрошу, вы об этом никому не рассказывайте, – продолжил он. – Коллектив, понимаете, могут не так понять…

— А вот этого, Николай, я вам обещать не могу… Значит, в милиции вы об этом звонке говорить не стали, – отметила я. Не спрашивала, просто констатировала факт.

— Видите ли, тогда я был несколько оглушен случившимся и растерялся.

Вот в это я верю. Но в то время и не было необходимости сваливать убийство на Лешу. Интересно, он сразу продумал эту идею в качестве запасного варианта или это экспромт, рожденный под моим влиянием?

— А почему решили рассказать мне?

— Ну, во-первых, вы все-таки не милиция. А потом, ситуация в оркестре… Все как-то подвисло, а ведь у нас на будущий месяц намечены заграничные гастроли. Конечно, нет никакой уверенности, что они состоятся – найти нового дирижера, наиграть с ним программу, это все требует времени. Но то, что происходит сейчас… И пока дело не будет закрыто, все проблемы оркестра так и останутся нерешенными. А вы наверняка имеете опыт и сумеете сделать все так, что никто не пострадает.

— То есть вы считаете, что Князева убил Медведев? – спросила я спокойно.