Книга Взрывное лето. Сюита для убийцы (сборник), страница 68 – Марина Серова

Неделю я блаженствовала. Для начала выспалась, а затем устроила генеральную уборку – вымыла окна, очистила балкон и довела до умопомрачительного блеска люстру «Каскад». Кто хоть раз брался выполоскать в мыльной воде, потом протереть и развесить по своим местам три этажа стеклянных висюлек, поймет, какой подвиг я совершила. Но и это еще не все: я выгребла хлам из всех углов, рассортировала его и на девяносто процентов ликвидировала. Оставшиеся десять процентов барахла мне стало жалко выбрасывать, и они остались в доме до следующей генеральной уборки. Между делом я купила новый пылесос – вместо ветерана, почившего с миром прямо посреди устроенного мной разгрома.

И всю неделю я обеспечивала себя полноценным трехразовым питанием. Честное слово! Я ела не бутерброды, которые уже поперек горла вставали, а самые настоящие горячие завтраки, обеды и ужины! Возможно, я готовлю и хуже, чем шеф-повар парижского ресторана «У Максима». Не знаю, не проверяла. Да и не уверена, что хочу проверять. Как-то не вызывают у меня энтузиазма всякие улитки-устрицы. В этом я вполне согласна с Собакевичем: мне тоже лягушку хоть сахаром облепи, я ее все равно есть не стану. А баловала я себя любимыми с детства блюдами, на приготовление которых последние два месяца элементарно не было времени.

Может, кому-то не нравятся оладьи из тертой на самой мелкой терке сырой картошки, зажаренные на подсолнечном масле до хрустящей коричневой корочки, рыба в кляре, приготовленная аккуратными шариками на специальной сковородке, вареники с картошкой с чесночной подливкой и курица, устроившаяся на бутылке, скрестив ножки, запеченная в духовке… Не нравятся – ради бога, личное дело каждого. А я считаю, что это самая вкусная еда в мире, и никто меня в этом не переубедит.

Телефон все молчал.

Раз так, значит, гуляем до победного конца. Двоюродная тетка четвертый год пытается заманить меня к себе на дачу. Вот и поеду к ней. Я притащила из соседнего супермаркета полную кошелку всяких удобных для дачной жизни продуктов. Специально для тетки купила два килограмма арахиса в шоколаде, ее любимых конфет. Сняла с полки пару книжек фантастики, которые купила месяца три назад и до сих пор не выбрала времени прочитать, и приготовила прочие необходимые вещи. Свалила все это на стол и начала упаковываться.

По всем законам жанра мои сборы должен был прервать телефонный звонок, но аппарат по-прежнему молчал. Я тщательно уложила все во вместительные удобные корзины, то и дело поглядывая на него, переоделась в дорогу, взяла корзины и подошла к дверям. Тишина. Я открыла дверь. Телефон молчал с ослиным упрямством. Я выставила корзины на площадку, достала ключи и, стоя на пороге, обернулась, и вот тут он зазвонил.

— То-то, – удовлетворенно сказала я, забросила корзины обратно в квартиру, закрыла дверь, подошла к тумбочке, где стоял телефон, и сняла трубку.

— Иванову Татьяну Александровну можно попросить? – Голос смутно знаком, но кто это, я сразу понять не смогла. Поэтому ответила на всякий случай официально вежливо:

— Татьяна Александровна вас слушает.

— Танечка, здравствуй, это Саша Желтков, помнишь меня еще?

Конечно, я его помнила! Друзья детства остаются в памяти на всю жизнь. Люди, с которыми знакомишься в институте, на работе, какие-то общие друзья и общие друзья общих друзей – все они улетучиваются из памяти легко и незаметно. А вот тех, с кем вместе играли в прятки, в «испорченный телефончик» и другие развивающие игры, тех помнишь всегда…