Книга Как в индийском кино, страница 90 – Марина Серова

— Тебе чего тут надо?

— Антон Никитин здесь живет? А то я, может, адрес перепутала, – спросила я.

— Здесь, а зачем он тебе? – допытывалась невидимая мне собеседница.

— Понимаете, я каждый Новый год для своего племянника Деда Мороза заказываю, а в этом не успела – в командировку послали, – объясняла я. – И ведь предупредила же сестру, чтобы она сама нашла, а она, наверное, думала, что я, как всегда, сама все устрою. Я приехала, узнала все это и кинулась искать, а все уже разобраны. Вот мне Никитина и посоветовали, сказали, что он раньше на елках работал. Ведь если я его не найду, то мальчишка в первый раз без настоящего праздника останется.

— С ума, что ли, сошла? – воскликнула женщина за дверью, и даже щель чуть-чуть увеличилась. – Ты Антона в глаза-то видела?

— Так он же все равно загримированный будет и с бородой, – удивилась я. – А артист он, как мне говорили, талантливый, даже в кино снимался.

— Да хоть с двумя бородами! – возмутилась она. – Его в приличный дом на порог пускать нельзя! Убийцу проклятого!

— Он, что, сидел? – насторожилась я.

— Выкрутился! Мать его пожалела! – крайне неодобрительно объяснила мне женщина.

— Да что вы говорите! – воскликнула я, явно демонстрируя самое откровенное бабское любопытство – такие вещи обычно неотразимо действуют на женщин, да и на некоторых мужчин тоже. – А можно поподробнее, – попросила я и объяснила: – Мне же все равно его ждать, так чего просто так стоять, если можно вас послушать? Вы так интересно рассказываете!

Дверь открылась пошире, и из квартиры выглянула седая старушка, она внимательно осмотрела меня, а потом, подумав, предложила:

— Ну, заходи, что ль. Если он придет, ты и здесь услышишь – стены-то у нас тонкие.

Сняв в коридоре сапоги и дубленку, я прошла за хозяйкой в кухню. Она была чистенькой и бедненькой, а, впрочем, откуда в таком доме и в таком районе другой взяться?

— Так что случилось? – спросила я.

— Да все из-за кино этого проклятого! – буркнула она. – Мозги свои он там оставил! Машка, мать его, одна сына растила, всю душу в него вложила, сама недоедала, недопивала, лишь бы ему хорошо было, а он ее стыдился. Мальчишкой-то он неплохим был, в театральное вот поступил, только разве это работа для мужика?

— Я бы за артиста замуж не вышла, – совершенно честно заявила я.

— И я о том же! – выразительно сказала она. – Вот и женился он тоже на артистке, Ольгой звали. Сюда ее жить привел – приезжая она, а на съемную квартиру у них денег не хватало. Долго у них с ребеночком не получалось, они уж и отчаялись, а потом боженька сына им послал. Уж как Машка с ним возилась, да и Ольгу она любила. Казалось бы – живи да радуйся. А все после съемок этих проклятых началось. Вернулся он оттуда, нос кверху, как у меня внук говорит: круче только яйца! Нет, чтобы деньги матери на хозяйство отдать, так нет! В Турцию втроем отдыхать отправились, такие деньжищи потратили – ужас! А Машка все молчит да на Антончика своего любуется.

— И давно это было? – спросила я.

— Так два года назад! – сообщила она. – А потом все враз наперекосяк пошло!

— Мне говорили, что он из театра ушел, – заметила я.

— Ушел?! – возмутилась женщина. – Да выгнали его! Он же там всех учить начал! Скандалил! А какому начальству такое понравится? Попытался он в другие места устроиться, только слава-то о нем уже дурная пошла, вот и не брали его никуда. Сидел он дома, сидел, а потом выпивать начал. Машка с Ольгой его уговаривали, просили… Да все без толку! – она горестно махнула рукой. – Дальше больше, скандалить начал, на Ольгу как-то по пьяному делу руку поднял, когда она бутылку отобрать пыталась. А ведь это такое дело…