Книга Победителей не любят, страница 58 – Марина Серова

— А ты сообразительная! – Никита взял меня под руку и направил к выходу.

Погода в Пекине мало чем отличалась от той, что была в Тарасове, когда мы его покидали. Разве что ощущалась приличная влажность.

— С чего начнем? – воодушевленно поинтересовалась я, постепенно привыкая к густому воздуху китайской столицы. Даже поздним вечером пекинские центральные улицы были шумными и многолюдными. Повсюду кипела ночная жизнь.

— Сейчас самое время тусовок, поэтому предлагаю отправиться в Санлитун на Улицу Баров. От этого места обещаю гарантированный восторг и незабываемую ночь.

— Ого! Звучит заманчиво! Раз такие дела, нужно где-нибудь по пути зацепить чашечку кофе, если это возможно. Просто не знаю, насколько массово в Китае его пьют. Все-таки чайная страна, все дела…

— Да Пекин весь усыпан кофейнями! Не поверишь, но тут как раз все плохо с чаем. Точнее, не с самим напитком, а местами, где его можно найти. Как правило, это специально отведенные заведения, где к чаю относятся со всеми серьезностью, ответственностью и любовью. Их встретишь далеко не на каждом шагу. Так что если захочешь чаю, то нужно либо искать такие места, либо чайные магазины, и заваривать чаек самой. А вот всевозможного кофе тут навалом. Кстати, мы как раз движемся в направлении моей любимой кофейни. У меня даже сформировалась маленькая традиция: если останавливаюсь в каком-то большом городе, всегда выпиваю там чашечку.

— Только не говори, что это «Старбакс», – хихикнула я.

— Он самый. А что? – удивился моей реакции Никита.

— Обычно его завсегдатаи – творческая молодежь, любители артхаусного кино, альтернативной музыки и прочего сомнительного современного искусства, – всякий хипстерский бомонд, если коротко. Ты скрываешь от меня свои тайные увлечения? – продолжала я подначивать Никиту.

— Признаться, – да. Знаю, что слишком стар для «Старбакса», – сделал он наигранный печально-усталый вид, – но я не могу идти против своего творческого начала, – продолжал манерничать напарник. – А вообще у тебя крайне устарелое представление о целевой аудитории этой милой кафешечки. Возможно, какое-то время подавляющая часть посетителей представляла собой именно то, о чем ты говорила, но потом о модных тенденциях, как всегда, с запозданием, прознали молодящиеся стариканы типа меня и тоже начали там тусить, – иронизировал Никита.

— А сколько лет молодящемуся старикану типа тебя? – поинтересовалась я.

— Тридцать два.

— Ну, молодиться у тебя получается. Думала, что двадцать восемь.

— Извини, про твои цифирки я знаю, но ты тоже выглядишь гораздо моложе. Поверь, это не ответная лесть, – сказал Никита и неожиданно взял меня за руку. – Помню, что обещал больше тебя не трогать, но ничего не могу с собой поделать. Я готов к любым последствиям: ударам, царапинам, крикам, истерикам – ко всему. Так что можешь меня не жалеть.

— Ты, кажется, забыл, что Вадим Евгеньевич просил нас обходиться без жертв.

— Вообще-то ты сама виновата. Нечего было так классно выряжаться. Нужно было оставаться в том спортивном костюме и не выпускать бутерброд с колбасой изо рта, тогда бы я точно к тебе не приблизился, – сказал Никита и сделал паузу в ожидании моей реакции.

Я с недовольным лицом попыталась высвободить свою руку, но он лишь сильнее ее сжал, притянул меня к себе и, засмеявшись, обнял за талию: