Книга Нежный призрак, страница 93 – Марина Серова

Ладно. Хотя бы жива. И болят только руки и ноги, и глаза не выкололи, и кровь не заливает лицо.

Телефон! Вчера вечером я была на кухне с телефоном. Прекрасно помню, что положила его на стол, а чашку поставила рядом.

Перекатившись на другой бок, я посмотрела на тумбочку возле кровати и увидела свисающий с ее края шнур от зарядного устройства.

С трудом встала на колени. Телефона не тумбочке не было.

Осмотрев комнату, я поняла, что не вижу ни одной сумки. Ни той, в которой были все мои вещи, ни обычной, которую я не выпускаю из рук.

Я закрыла глаза и попыталась оценить свое состояние. Слабенькая четверка.

И вдруг услышала звонок в дверь.

Я всего один раз слышала этот звук, похожий на колокольный перезвон. Он мне очень понравился.

Звонок повторился.

Это был единственный шанс позвать на помощь. Я подкатилась к входной двери, согнула ноги в коленях и изо всех сил ударила ими в дверь.

Кто-то поднимался по лестнице. Я заерзала, пытаясь отодвинуться от двери, но старалась умоститься так, чтобы была возможность нанести удар ногами.

Щелкнул замок, и в комнату заглянула Раиса. Первым делом она посмотрела в сторону кровати и только потом перевела взгляд на пол.

Я ждала того, что будет дальше. Либо она заорет от ужаса и разрежет изоленту, либо заорет от ужаса, кинется за помощью к Соломону, а потом они разрежут изоленту вместе.

Но Раиса не испугалась. Внимательно посмотрела на меня, потом зачем-то окинула взглядом комнату.

— Проснулась? – будничным тоном спросила она. – Ну, сиди. Скоро приду.

Ее не было двадцать три минуты, о чем мне услужливо сообщили настенные часы.

За это время я успела обдумать все варианты освобождения, сопротивления и, если повезет, побега. Но каждый раз натыкалась на непреодолимые препятствия.

Моя ошибка состояла в том, что я с самого начала не обыскала комнату в поисках чего-то, что позволило бы освободить руки. Но даже теперь я понимала, что это не принесло бы результата. Здесь не за что было даже зацепиться, чтобы попробовать ослабить изоленту. Ни одного острого угла, ни одного гвоздя в стене. А теперь у меня просто не будет времени.

Значит, все-таки чай. Она что-то добавила в чай, и именно потому, что он был горячий, я вырубилась так быстро.

Этому предшествовал откровенный рассказ Соломона, после чего я обнаружила в бочке, стоявшей на заднем дворе, одежду и обувь, с огромной долей вероятности когда-то принадлежавшие Никите Вольскому.

Попытка Копенбергов избавиться от вполне еще добротных вещей доказала то, что и требовалось доказать: вряд ли Никита был жив.

Но если Раиса и Соломон поняли, что я слишком много знаю, то почему не избавились от меня? Им не впервой, опыт уже есть.

Пожалуй, я давно не чувствовала себя так беспомощно.

И все же надежда была.

Раиса была сильной женщиной. Она помогла мне подняться на ноги и допрыгать до унитаза, а потом одним резким движением сорвала изоленту, заклеивающую мне рот.

Ощущения были яркими, словно мне влепили сразу десять пощечин.

— Не больно? – спросила Раиса.

— Ну что вы. Это было очень аккуратно, – возразила я.

— Если что-нибудь выкинешь, то я тебе отвечу, – предупредила она и стащила с меня джинсы.

— А руки потом помыть можно? – поинтересовалась я.

— Конечно, – ответила Раиса. – И нож с вилкой дам, чтобы ты смогла спокойно позавтракать в уютной обстановке.