Книга Прятки в темноте, страница 43 – Марина Серова

Оказавшись на крыльце, я с трудом смогла удержать тяжёлую дверь, чтобы она не заскрипела и не привлекла внимание незваных гостей. В суматохе отыскала дырявое пустое ведро и подпёрла им вход, чтобы можно было подойти поближе к огороду.

Я кралась на носках, боясь, что меня заметят, но женщина всё же что-то заподозрила и начала смотреть по сторонам. Пришлось замереть за углом и незаметно высунуть голову.

У меня была выгодная для слежки позиция — заметить голову, торчащую из-за угла на уровне бёдер, было практически невозможно. Секретарша покрутилась на каблуках, пачкая их в земле, а затем недовольно нахмурилась, надула щёки. Казалось, что ей и так не нравилось находиться на участке Прасковьи, так ещё и приходится тратить свои нервы на неизвестные звуки. Её не должны были заметить, иначе Афанасий оторвёт ей голову. И, кто знает, в переносном ли смысле.

Я заметила в её руках небольшую чёрную коробочку, которую она вертела, пытаясь понять, как это работает. Женщина бездумно тыкала в корпус, очевидно, надеясь нащупать верное направление и включить аппарат.

Время от времени она подносила его к лицу и крутилась по сторонам. Не сразу, но до меня дошло, что пришла она с фотоаппаратом. Это меня заметно напрягло.

Спустя пару минут с настройкой было покончено, и секретарша принялась фотографировать всё, что попадало в объектив: колодец, грядки с луком, обвалившийся фасад дома. На этом моменте женщина скривилась и начала искать функцию удаления изображения. Должно быть, это было не для отчётности, а для того, чтобы показать кому-то прекрасный дом со свежим ремонтом. Интересно, какой дурак поверит в это?

— Чёртова коробка! — восклицала работница администрации, без задней мысли ударяя ладонью по крышке, прикрывающей отсек для аккумулятора.

Сдержать смех было крайне тяжело, но я справилась. Даже в такой серьёзной ситуации я не могла скрыть свою «любовь» к недалёким людям, которые не умеют пользоваться даже самыми простыми вещами. Одно дело, когда тебе за восемьдесят и тебе, в принципе, это уже не нужно, а другое, когда ты сорокалетняя кобыла с кривыми приклеенными ногтями, которая не может разобраться в простых вещах.

Через пару минут ей удалось удалить фото, и она принялась собирать компромат дальше. Женщина сделала пару шагов мне навстречу, и мне пришлось отступить назад, чтобы спрятаться в доме. Если она намеревалась запечатлеть всё, что находится на территории Прасковьи, она рано или поздно заметит меня, потому что отступать будет некуда. Но это на руку. Я смогу напрямую выяснить, что ей здесь нужно и какой у её начальника план на этот участок.

Чудом избегая скрипа половиц, я пятилась по коридору. Спряталась за углом и стала ждать, пока новоиспечённый фотограф дойдёт до крыльца.

Та остановилась в метре от входной двери и непонимающе уставилась на неё. Она никак не могла понять, почему всё открыто нараспашку.

Неужели эта секретарша что-то знает? И сложно было сказать, причастна ли она к исчезновению Прасковьи или просто слышала, что старушка пропала из посёлка?

— Прасковья Ефимовна, вы вернулись? — Женщина ступила на крыльцо и заглянула внутрь дома.

Ответом ей была тишина, поэтому она сделала ещё пару шагов, заходя в сени.

Я старалась не дышать, хотела успеть поймать все её реакции и разобраться, какое отношение она имеет к расследованию. То, что она пришла сюда с фотоаппаратом, уже о чём-то говорило. И я предполагала, что Прасковья не зря прятала документы в подполе.