Книга Мост самоубийц, страница 52 – Марина Серова

— Как вы тут работаете?

Девушка хихикнула и обернулась к молодому человеку за соседним столом (разумеется, красным):

— Вить, сорок шесть! Пиши быстрее!

Ничего не понимая, я проследила глазами за Витей. Тот оторвался от каких-то чертежей, поднялся и подошел к белой (аллилуйя!) доске, на которой было написано: «Как вы тут работаете — 45». Он стер пятерку, дорисовал шесть и вернулся на свое место. Девушка снова хихикнула:

— Не обижайтесь, это у нас игра такая. Все, кто первый раз приходит, обычно произносят эту фразу. Мы даже считать начали. Если наберем за год сотню, начальник обещал премию. — Она поднялась из-за стола и подошла: — Вы к Роману Валерьевичу?

— Да, я договаривалась.

— Идемте. — Девушка прошла дальше и, сделав пригласительный знак ладонью, повела меня по проходу. Этаж, который занимало бюро, был разделен стенами-перегородками, но дверей не было. Из-за этого в пространстве стоял гул от обилия звуков: шума компьютерной техники, переговоров, гула работающего кондиционера. И конечно, красный цвет был повсюду.

— Принято считать, что красный — очень агрессивный цвет для интерьера.

— Трудно не согласиться, — призналась я.

— На самом деле, это отличный цвет. Он энергичный, настраивает на рабочий лад, но при этом успокаивает.

— Если только вас успокаивает плавание в ванной, полной крови младенцев.

Девушка опять хихикнула.

— Это дело привычки. На самом деле нам тут комфортно. Да и вы скоро привыкнете.

— Да? — Я даже растерялась.

— Ну вы же пришли за дизайн-проектом? Значит, не раз к нам придете. У нас была клиентка полгода назад. Начала как обычно: «Мне пастельную гамму, легкий беж», — в общем, стандартный набор. А потом недели через три заявляет — все не то, хочу радикально красный цвет! Пришлось переделывать. Но мы это с удовольствием делаем. Философия нашей компании — учим не бояться цвета!

Я не стала переубеждать девушку в том, что пришла за дизайн-проектом. Вдруг она заставила бы меня ждать.

Мы дошли до последней перегородки и секретарь, стукнув, заглянула за нее.

— Роман Валерьевич, к вам пришли.

Она жестом велела мне пройти, а сама направилась к своему столу.

Я зашла за перегородку и оказалась в просторном отделе, выполняющем роль кабинета. Просторным он показался мне потому, что, кроме стола самого начальника, других тут не было. Роман Иртеньев поднялся из-за стола, поправляя галстук. Что примечательно, его стол был ярко-синим. Мне показалось, что моя головная боль усилилась.

— Приветствую! Присаживайтесь. Чай? Кофе? Воды?

— Кофе, пожалуйста, — попросила я.

— Лиза! Два кофе! — крикнул Иртеньев в проход. Откуда-то издалека послышался голос секретарши:

— Хорошо, Роман Валерьевич. Секундочку!

— Если я правильно помню, у вас двухуровневая квартира на Гурьева?

— Ой, нет, — я слабо улыбнулась, — у меня труп вашей сотрудницы. Я звонила вчера.

— А… — Иртеньев моментом изменился в лице, но постарался не выдать своего разочарования. — Я вас перепутал с клиенткой. Что вы хотите узнать?

— Я…

— Только учтите, — прервал меня он, — я разговариваю с вами из одолжения и ради одной из лучших моих клиенток. Но предпочел бы этого не делать.

Я подняла бровь. Мне приходило в голову, что беседа о покойной сотруднице не будет приятной для ее босса, но что она может вызвать такое неприятие, я не предполагала.