Книга Мост самоубийц, страница 53 – Марина Серова

— Я всего лишь хотела поговорить о девушке, которая у вас работала и, насколько мне известно, была довольно ценным сотрудником.

Иртеньев поморщился.

— Я бы не стал утверждать это так категорично. Профессионалом ее трудно было назвать. Всегда в своих мыслях, всегда витала в облаках. Спорила со мной…

— А вы не любите, когда с вами спорят?

Дизайнер осклабился.

— Послушайте. Я понимаю, что в спорах рождается истина. Но это утверждение как максимум спорно, а как минимум не работает по отношению к наемному сотруднику. В конце концов, я открывал свое бюро, чтобы продвигать мое личное понимание дизайна. — Я невольно бросила скептический взгляд на красную стену, и Иртеньев поймал его: — Да, моя философия заключается в создании пространства за счет ярких цветов и фактур. И Полина пришла сюда именно из-за этого. Она хотела со мной работать, и ей это нравилось. У нас самые крутые заказчики в городе. Бизнесмены! Политики! Банкиры! Экстра-класс! Такого опыта не наберешься ни в одной конторе города. И да, я не люблю тратить время на споры. В конце концов, в этом бюро не демократия. Мое мнение тут важнейшее.

— Поняла, — торопливо перебила я, — но я пришла говорить не о характере Полины. Расскажите, не было ли у нее конфликтов по работе.

Иртеньев захлопал глазами, словно ему было сложно переключиться с одной темы на другую. Последовала пауза, в течение которой дизайнер, очевидно, пытался подобрать слова. Он поерзал на стуле, отчего тот издал протяжный жалобный скрип, и наконец, откашлявшись, заговорил.

— Особых конфликтов не было, разногласия — это типичная ситуация для рабочего процесса.

Я поняла, что Иртеньев не договаривает, и уставилась на него своим фирменным ястребиным взглядом, давая понять, что меня так просто не проведешь.

— Ну правда, — дизайнер поднял вверх ладони, словно показывая, что ему нет смысла лгать, — не было никаких серьезных конфликтов.

Секретарь поставила на столик две кофейные чашки. Иртеньев поблагодарил ее кивком.

— Полина ни с кем не ссорилась. А если вы имеете в виду споры, то, повторяю, споров я не люблю и пресекал все довольно быстро. Так что большому конфликту не от чего было разгореться.

— Вы нанимаете творческих людей, чтобы они покорно выполняли вашу волю?

— Я нанимаю работников.

— Но у них есть самостоятельные проекты?

Иртеньев так вальяжно кивнул головой, что мне показалось, она сейчас скатится с его могучих плеч и заскачет по столу.

— Конечно. Мне сложно разорваться, у меня масса заказов и очень серьезные заказчики. Но я курирую все проекты, которые ведут мои дизайнеры. Клиенты приходят сюда, привлеченные моим именем. Грубо говоря, они все приходят ко мне. И я, как вы понимаете, не могу никого подвести. Люди должны быть уверены, что они получат дизайн от Иртеньева. Мои краски, мои фишки, мое видение. Поэтому, если уж быть совсем откровенными, самостоятельных дизайнеров у меня здесь нет. Все, что вы видите, — я опять удостоилась чести лицезреть кроваво-красные стены, — сделано мной.

«С твоим самомнением все понятно, — подумала я, — но как насчет других людей?»

— Какие проекты вела Полина?

Иртеньев по-детски надул губы.

— Знаете, вот именно поэтому мне сложно о ней говорить, — сказал он, совладав с собой, — своим поступком она нас просто подставила. Пришлось перекинуть ее заказы на других дизайнеров, а тут у всех работы выше крыши. К тому же наше бюро начали полоскать во всех газетах. Сюда заявились журналисты. Очень многим клиентам это не понравилось.