Книга Тайна серебряного креста, страница 44 – Марина Серова

В зеркале отразилось бледное лицо с синяками под глазами – следы бессонной ночи. Время для макияжа. Не маски, а щита. Корректор – чтобы затушевать фиолетовые тени под зелеными глазами. Легкая тушь, лишь подчеркивающая длину ресниц. На веки – нейтральные тени оттенка хаки, добавляющие глубину взгляду без драматизма. И вместо подводки – аккуратная растушевка темно-коричневого кайяла по линии роста ресниц. Естественно. Свежо. Как будто не пережила ночь под прицелом. «Иллюзия нормальности – тоже оружие», – подумала я, оценивая результат. Зеленые глаза в обрамлении таких тонов смотрелись яснее, сосредоточеннее.

Взгляд на часы. Время еще оставалось. Последние штрихи: небольшая сумка через плечо. В нее аккуратно лег кошелек, телефон, ключи, блокнот, ручка, крестик с инициалами С. П. в роли обязательного сопровождения и талисмана, а еще… пистолет в потайной карман – после вчерашнего лучше носить его с собой. Сверху легкая, но теплая куртка-бомбер. И последний глоток кофе. Перед выходом я на секунду замерла на пороге. Воздух с лестничной клетки пах пылью и чужими жизнями. Шаг за дверь был шагом навстречу Андрею. И навстречу правде, которая, возможно, пряталась за его страхом. Я щелкнула замком. Поехали.

Кафе «Старая мельница» встретило меня почти гнетущим спокойствием. Было рано, основной поток посетителей еще не подтянулся. Пространство дышало тишиной: шелест книги у единственного посетителя в углу, бармен с татуировками до локтей лениво натирал бокалы, мелодично постукивая ими о край стойки. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь высокие окна, падали на полированные деревянные столы, а за стеклом раскинулась широкая и спокойная гладь реки. По ней неторопливо скользили белые прогулочные катера, оставляя за собой едва заметные усы пены. Мирная картина, почти идиллическая. Идиллия, в которую я вошла как чужеродный элемент. Мой внутренний мир был полной противоположностью: натянутые до предела нервы, настороженность каждого чувства, холодок страха под ложечкой от вчерашней угрозы и ожидания услышать правду. Спокойствие кафе казалось обманчивым, почти издевательским.

Андрей сидел за тем же столиком у окна спиной к стене и смотрел на реку. Но его взгляд был расфокусирован, он не видел ни катеров, ни солнечных бликов. Андрей выглядел измотанным: лицо бледное, осунувшееся, под глазами глубокие тени. Одет он был в темные джинсы и простую белую рубашку с расстегнутым воротником, которая казалась чуть помятой, будто он проворочался в ней всю ночь. Темные волосы были небрежно зачесаны, а на щеке виднелась не до конца сбритая щетина. При моем появлении он вскочил так резко, что чуть не опрокинул свой кофе.

— Таня! – Его голос сорвался. Он шагнул вперед и обнял меня крепче, чем обычно, почти судорожно, задержавшись на секунду дольше общепринятого. От него пахло кофе и легким запахом пота – запахом стресса. – Господи, я так волновался. Садись. Пожалуйста. Закажи что-нибудь. – Он отступил, жестом указывая на стул, его пальцы слегка дрожали.

— Привет, Андрей! – ответила я, стараясь сохранять деловой ровный тон, словно эта встреча была обычной, рабочей. Я скользнула на стул, оглядев его быстрым профессиональным взглядом – пусто, безопасно.

К нам тут же подошел молодой официант. Я заказала кофе и «Цезарь» с креветками – пища для ума, а не для успокоения нервов. Андрей лишь кивнул на свой уже почти пустой стакан: