Книга Лиловый, страница 40 – Наталья Николаевна Александрова, Елена Арсеньева, Дарья Донцова, и др.

Я кивнула.

— Так позвони ему, – велел Латынин.

— Александр Михайлович в отпуске, – сообщила я.

— Ну …! – выругался бизнесмен. – Пришла беда – доставай паспорта.

— Могу соединиться с его правой рукой, Костей, – предложила я, – это очень ответственный и честный человек.

— Валяй, – обрадовался Михаил, – а я пока на красавицу полюбуюсь.

— Нет, – вновь попытался помешать ему управляющий, но Латынин сдвинул подчиненного в сторону, наклонился, схватил прядь светлых волос и дернул на себя.

— О господи! – выдохнул Алексей.

Я удивилась, пару минут назад управляющий рассказал о своем милицейском опыте. Почему он столь нервно реагирует на ситуацию? Человека, десять лет отпахавшего «на земле», удивить нечем, любой труп, даже в самом страшном состоянии, не поразит бывалого оперативника.

Михаил выпустил волосы и беспомощно посмотрел на Алексея.

— Тебе лучше пойти в кабинет, – отбросив обращение на «вы», засуетился Леша.

— Да, – слабо кивнул Латынин, – ты видел?

— Пошли, – сказал управляющий.

— Видел? – шепотом повторил Миша.

— Угу, поэтому я тебя и не подпускал, – объяснил Алексей.

— Но… как… это… как? – беспомощно шептал Латынин.

Алексей обхватил начальника за плечи и повернулся ко мне:

— У него стресс. Не всякий человек способен спокойно смотреть на мертвеца. Уложу его на диван.

Я кивнула, выскочила в коридор, позвонила Косте и призадумалась. Алексей прав: вид мертвого тела вызывает у обывателя ужас. Основная масса людей пугается даже вида скончавшихся близких, чего уж тут говорить о погибшей грабительнице. Но есть одно обстоятельство, мешающее мне поверить в испуг Латынина. Миша старше нас с Леной, в молодости он служил в армии, попал в Афганистан. Латынин никогда не рассказывает о военном опыте, но у него есть несколько боевых наград, которые не дают людям, перекладывающим в штабе бумажки. Следовательно, Миша видел погибших, а я думаю, что тела на поле брани выглядят пострашнее женщины, которая умерла от передозировки снотворного. И почему Латынин так отреагировал? Он едва не грохнулся в обморок!

Я восстановила в уме цепочку событий и решительно вошла в хозяйский кабинет.

Миша лежал на диване, рядом с откупоренной бутылкой коньяка в руке топтался Алексей, он хотел при помощи спиртного привести хозяина в равновесие.

— Немедленно рассказывайте всю правду! – велела я.

Управляющий округлил глаза.

— Даша, вы о чем?

— О женщине, которая лежит в сейфовой комнате. Как ее зовут?

— Откуда мне знать? – слишком быстро ответил Алексей. – Хотя, надо паспорт поискать, вероятно, он при воровке.

— Спросите у Миши, если сами забыли имя, – тряхнула я головой, – хотя, думаю, и вы расчудесно его помните.

— Стресс даром не проходит, давайте налью вам коньячку, – захлопотал управляющий, – это недорогой, но очень хороший напиток. Вообще, не советую вам покупать…

— Лекцию о спиртных напитках я с удовольствием выслушаю на досуге, – оборвала его я, – а сейчас внимательно подумайте над моими словами. Михаил был стопроцентно уверен, что в магазин проник мужчина, он, правда, удивился, увидев «ангела», но особого волнения не выказал. И разбитый эксклюзив его не расстроил.

— Товар застрахован, – вставил Алексей.

— Верно, – кивнула я, – вот только две маленькие детали, которые сильно портят впечатление от красивой картины. Бутылка!