Книга Тайна «Красной Москвы», страница 80 – Ольга Тарасевич

«Ага, уже кое-что, пока такси доедет, мы со Снапом как раз успеем выехать с паркинга и притормозить где-нибудь, откуда просматривается центральный вход», — пронеслось у меня в голове, пока я мчалась по лестнице на второй этаж, где стояла моя «Тойота».

Через полтора часа такси, приехавшее за Леной, остановилось возле добротного серого особняка, обнесенного забором.

Лена позвонила в домофон, ей тут же открыли, и она зашла внутрь. Прикидывая, где бы припарковаться, я проехала мимо и даже различила надпись на серебристой табличке: «Психотерапевт Иван Сергеевич Солнцев».

Вблизи дома, куда зашла Соколова, все было забито машинами. Мне удалось втиснуть свой «рафик» в узкое пространство между двумя авто только в следующем квартале.

Я спрятала волосы под капюшоном куртки, пристегнула к ошейнику Снапа поводок — и мы, слегка замаскированные дама с собачкой, стали нарезать круги возле особняка, где принимал психотерапевт.

Первым делом (поглядывая, разумеется, за входной дверью) я прочитала про Ивана Сергеевича инфу в Интернете. Сообщения на экране моего телефона были на редкость однообразны — хороший специалист, модный врач, огромное количество клиентуры среди знаменитостей. Внешность его мне понравилась — такой загорелый Ален Делон, темноволосый, с голубыми глазами и легкой щетиной на мужественном подбородке. Представляю, как охотно дамочки делятся с ним интимными переживаниями, рассчитывая соблазнить этого красавчика!

Такой известный человек — и сообщник Елены Соколовой?

Я пожала плечами в ответ на собственные мысли.

Так ведь и Соколова — фигура публичная. А как разволновалась! Значит, рыльце в пушку. Почему бы ей и не иметь сообщника-психотерапевта?

А если он не сообщник и Лена обратилась к нему как к врачу? Значит, все равно, по большому счету, сообщник, который в курсе всех нюансов. К подобным специалистам имеет смысл обращаться только в том случае, если пациент готов к полной откровенности. При вранье или утаивании сведений помочь психотерапевт не может. Так что господин Солнцев знает о Соколовой все.

Вопрос только в том, как бы мне выжать из него это таинственное «все».

Если я приду к нему и стану слезно умолять не таить в себе информацию — он отправит меня в сад, сославшись на врачебную тайну.

Если я приду к нему как клиентка, и буду пытаться найти карточку Соколовой — на это уйдет много времени.

Если я позвоню своему приятелю следователю Седову и попрошу надавить на Солнцева — Володька проест мне плешь своими полномочиями, подследственностью и прочими мозговыносительными моментами.

Пока я ломала голову, как поступить, к особняку подъехала машина такси, Лена вышла, села в нее и укатила по своим делам. Выглядела она повеселевшей и умиротворенной.

Через пару минут дверь снова хлопнула, и я заметила Ивана Сергеевича Солнцева собственной персоной. Надо сказать, в жизни он выглядел еще более эффектно. Оказалось, у психотерапевта рост под два метра, отличная фигура. На плече я заметила сумку с теннисной ракеткой — ей, похоже, Иван Сергеевич и был обязан прекрасной спортивной форме и моложавости. Если бы я не знала год рождения Солнцева, то дала бы ему лет на пятнадцать меньше его шестидесяти.

Я смотрела, как он идет к припаркованному у обочины «Вольво», и никак не могла придумать, что же мне делать.