Книга И ад следовал за ним. 1914, страница 44 – Ник Савельев

— Права венгерской полиции? В Моравии? – Кручек поднял бровь. – Это политический вопрос, граф. Не технический. Я не уполномочен его обсуждать.

— Тогда уполномочьтесь, – усмехнулся Сечени. – Или мы будем сидеть и ждать, пока преступник уйдёт?

— Господа! – раздался голос из конца стола. Это был богемский чиновник Покорны. Он встал, теребя край сюртука. – Я хотел бы сказать... Брно – это, конечно, Моравия, но у нас, в Богемии, тоже есть... то есть, я хотел сказать... расходы. На восстановление зданий, на выплаты семьям. Мы просили бы... ассигнования.

— Это потом, – отмахнулся Кручек. – Сейчас не о деньгах речь.

— Но деньги нужны, – робко повторил Покорны. – Восстановление фасада, замена окон... и семьи погибших...

— В бюджетный комитет, – сухо бросил Эренфельс. – Подайте заявку.

Покорны сел, покраснев. Кручек обвёл взглядом зал.

— Господа, мы отвлеклись. Вопрос о юрисдикции. Я предлагаю...

— Разрешите, господин генерал-лейтенант, – раздался голос Ронге.

Все обернулись. Ронге стоял у стены, с блокнотом в руке.

— Майор Ронге, Эвиденцбюро. Я хотел бы обратить внимание на приметы преступника, которые могут помочь в расследовании. Согласно рапорту, подозреваемый – мужчина среднего роста, обыкновенного сложения, может носить бороду, усы. Говорит по-чешски.

— Мы это знаем, майор, – сказал Кручек, не глядя на него. – Садитесь.

— Однако, – продолжал Ронге, – эти же приметы фигурируют в деле об убийстве начальника Генерального штаба в Вене. Тот же рост, тип сложения, чешский язык. Цвет волос он мог изменить. Возможно, существует связь...

— Не сейчас, майор, – оборвал его Кручек, повысив голос. – Совещание посвящено Брно, а не Вене. И потом, у вас нет доказательств. Сядьте.

Ронге сел. Он не изменился в лице. Только сжал блокнот так, что побелели костяшки.

— Итак, – продолжил Кручек. – Поскольку договориться мы не можем, я предлагаю компромисс. Предлагаю создать особую комиссию по расследованию теракта в Брно. В комиссию войдут представители военного ведомства, министерства внутренних дел, моравского наместничества и Эвиденцбюро. Комиссия будет координировать расследование.

— Кто будет возглавлять? – спросил Эренфельс.

— Пока никто, – ответил Кручек. – Председатель будет назначен императором после утверждения структуры.

— Бюджет? – спросил полковник жандармерии.

— Бюджет будет выделен... – Кручек замялся. – Позже. Через три недели, после согласования с министерством финансов.

— А полномочия? – спросил Штиллер.

— Полномочия комиссия получит после подписания императором соответствующего рескрипта. Ориентировочно – через месяц.

В зале повисла тишина. Потом Эренфельс засмеялся, негромко, с горечью.

— То есть, господа, мы создаём орган, который начнёт работать через месяц, а до этого каждый действует сам по себе. Прекрасно. Абсолютно прекрасно.

— Других вариантов нет, – жёстко сказал Кручек. – Вы не согласны на военную юрисдикцию, мы не согласны на гражданскую. Комиссия это единственный выход.

— А как же преступник? – спросил кто-то из штатских.

— Преступник будет найден, – отрезал Кручек. – Силами тех, кому это поручено. Вопрос закрыт.

Он поднялся. Все встали.

— Заседание окончено. Протоколы будут разосланы завтра.

В коридоре Ронге нагнал Эренфельса.

— Барон, разрешите...