Онлайн книга «Большая махинация»
|
Что ж, я тоже имею честь быть поклонником и покровителем тяжелой атлетики. Это давало мне повод нанести визит барону для обсуждения некоторых спортивных вопросов. Недолго думая, я направился в фамильный дворец Пранков на Реннвег. Полученная от швейцара информация повергла меня в уныние: оба хозяина, и отец, и сын, отбыли в Индию охотиться на тигров. Я поинтересовался датой и временем отъезда: двадцать третье февраля, девять часов утра. Решение о путешествии было принято внезапно, без обычных приготовлений. Это давало пищу для размышлений. В два часа ночи произошло убийство, возможно непредумышленное, к которому молодой Пранк мог иметь какое-то, пусть даже косвенное отношение, а через несколько часов последовал поспешный отъезд, больше похожий на бегство. Причем старый барон бежит вместе с сыном! Загадка становилась все мрачнее, а мое страстное желание ее разгадать – все сильнее. Вполне логично, что я отправился в полицейское управление, чтобы раздобыть сведения о мисс Элси Пондичерри. Долго искать не пришлось: Мейбл Пондичерри, преподавательница английского из Брайтона, пятидесяти шести лет от роду, проживает с дочерью Элси, двадцати четырех лет, в Первом округе на улице Опернгассе, дом два, четвертый этаж. Я немедленно решил подтянуть свой английский. Хоть и говорю на нем свободно, как на родном, но совершенствоваться надо всегда. Я подъехал по указанному адресу и поднялся на четвертый этаж. Дверь открыла молодая особа. Восторженный продавец из магазина оптики не преувеличил: передо мной стояла настоящая леди редкой красоты. Обычно я предпочитаю венский типаж, но такое английское очарование и утонченность… Шляпу долой! Если позволите, я бы хотел пояснить разницу… — Нет, Дагоберт, не сейчас! – взмолилась Виолет. – Как-нибудь в другой раз. Продолжайте, я умираю от любопытства! — К сожалению, я вновь замечаю, что мои эстетическо-философские экскурсы вызывают неприятие. Заявляю, что я глубоко оскорблен. Но надеюсь, мне все же позволено будет сказать, что ее фигура была восхитительна, и я никогда не видел такого золотистого оттенка волос, а глаза, эти глаза… — Дагоберт! — Ну ладно, я уже закончил. Я осведомился о миссис Пондичерри, которую мне рекомендовали, если я захочу усовершенствоваться в английской разговорной речи. Мисс Элси объяснила мне со слезами на глазах, что ее мать больна, страдает сердечным недугом. Некоторые недавние волнения значительно ухудшили ее состояние, и потому мисс Элси временно взяла на себя проведение уроков. Конечно, она не столь опытна, как мать, но с разговорной практикой, полагает, справится. Я был достаточно бесчувствен, чтобы не слишком огорчаться такой заменой. Мы договорились о ежедневных занятиях. Наши «разговорные практики» проходили прекрасно, и я не торопился с расспросами, чтобы не испортить дело. Я стремился завоевать доверие девушки своей полной преданностью. Проявлять эту преданность было нетрудно, ибо мисс Элси мгновенно очаровала меня и вызвала самую теплую симпатию. Что поделать: мужчина есть мужчина! Больше всего меня впечатлял легкий оттенок грусти, будто окутывающий все ее существо. Эта трогательная печаль бросилась мне в глаза при первой же встрече, и я замечал ее при всех последующих. Мисс Элси никогда не жаловалась, не говорила о себе, но не требовалось быть великим психологом, чтобы понять: какое-то недавнее болезненное переживание набросило темную вуаль на эту юную душу. |