Книга Дом с леденящей тишиной, страница 35 – Дарья Литвинова

— Они берут оплату по дням, – пожал плечами Воронин. – Когда будет что-то серьезное, тогда и приглашу.

— Вы считаете, что вот это, – прокурорский указал глазами на решетки, – не серьезно?

Ответа он не дождался, впрочем не слишком на нем и настаивая.

Правом на телефонные звонки Воронин пользовался, однако звонил исключительно по работе. Процесс был налажен до такой степени, что отсутствие его на строительных площадках не могло затормозить ход работ, однако некоторые моменты в совершенстве знал только Петр; он же лучше всех, практически виртуозно, улаживал любые конфликты, даже находясь на приличном расстоянии. Сотрудники, узнав, что его арестовали за драку с полицией, словно бы зауважали Воронина еще больше; кажется, скажи им сейчас, что коллегу подозревают в убийстве собственной жены, они только поинтересовались бы, как пронести в СИЗО айфон.

Оставалась неделя административного ареста. Следственных действий с Петром не проводили, и он не знал, радоваться этому или огорчаться, но на всякий случай один звонок использовал для консультации с директором фирмы: не знает ли тот грамотного адвоката; тот пообещал найти лучшего, и на этом Воронин успокоился.

Тем временем в семье его было не так гладко.

Галина, обладавшая творческим и немного аутистическим мышлением, часто выдавала за действительность личные переживания, которые воспринимала как где-то услышанную или увиденную реальность. Этим она очень раздражала свою старшую сестру.

— Я слышала одну историю, – как обычно, начала она за одним из завтраков. – Там женщина потеряла память. Она переживала, что куда-то не успевает, все время пыталась бежать, и ее закололи аминазином.

— Это истории из твоих психушек? – немедленно отреагировала Полина. – Если да, оставь их для ночных страшилок. Как тебя туда упекут, будет чем с соседями по палате делиться.

— Прекрати, – одернула старшую внучку Инга Давыдовна, тревожно посмотрев на Галину. – Даже в шутку не надо говорить такое.

— А я и не шучу!

— Я сказала, хватит. Ешьте спокойно.

— Почему мы должны завтракать вместе, как маленькие?!

— Потому что это семейная традиция.

— Хороша семья, – буркнула Полина, намазывая вареньем тост. – Мать пропала, отец в тюрьме.

— Сколько можно говорить, что его просто административно задержали.

— А еще я слышала, – не обращая внимания на сестру, продолжила Галина, и глаза ее начали наполняться слезами, – что бандиты и террористы берут женщин в заложники, чтобы потом выдвигать свои требования.

— Галочка, хватит об этом, – терпеливо сказала Инга Давыдовна. – Давайте позавтракаем в тишине, если для разговора нет других тем.

— А еще я слышала, что людей продают в рабство.

Полина резко отодвинула от себя тарелку, так что она проехалась до противоположного края стола, вскочила и швырнула полотенце на стул.

— Кажется, кому-то не слишком помогла последняя терапия, – прошипела она. – Бабушка, поговори с врачами. Нужно явно усилить дозу.

— Полина! – повысила голос Воронина-старшая, но внучка уже вылетела из кухни.

Галина начала тихо плакать.

— Я просто очень боюсь, – пробормотала она. – Прости меня, бабушка.

— Все в порядке. Ешь завтрак. Нам всем нужно просто немного отдохнуть.

Про себя Инга Давыдовна подумала, что если такие конфликты станут постоянными, им придется очень тяжело. Куда тяжелее, чем сейчас.