Книга Крик ночной птицы, страница 48 – Дарья Литвинова

— Ну хватит! – Адвокат, хоть и индифферентно относящаяся к делу в силу того, что была дежурной от коллегии, а не нанята за плату родственниками, не выдержала и вмешалась. Она была удивлена, что молчит социальный педагог, но та, тоже молодая девочка, была растеряна, чтобы что-то возражать. – Вы оказываете давление.

— Я задаю вопросы. Итак, вы понимали, что ваш отчим безоружен…

Веронику обвинили в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ – убийство. Если бы адвоката наняла мать, а не предоставило государство, если бы та же мать была заинтересована в том, чтобы спасти своего ребенка, а не оплакивала отчима-насильника, если бы сделали сравнение ДНК плода и ДНК отчима, если бы копнули глубже… Но следствие пошло по простому пути, и Вероника Лопарева отправилась в воспитательную колонию; срок отбытия наказания составил семь лет.

— Мохова! Только реабилитировалась, и вот опять. Сколько можно?

Надя не ответила. Она уже устала чувствовать себя виноватой, а последний случай с поднадзорной и вовсе выбил почву из-под ног. Формально в профессиональном плане она все сделала правильно, как человек же она чувствовала себя ужасно. Особенно после того, как узнала, что Лопарева косвенно обвинила ее в своем поступке.

— Ладно, – сбавил тон Харов. – Работай дальше, я не по твою душу. На Новый год ты дежуришь, в курсе?

Надя безразлично пожала плечами. Дежурство в ПДН уже не было полноценным, как раньше; после рабочего дня сотрудники уходили домой, не оставались ночевать в отделе, и поднимали их в исключительных случаях: например, если малолетка терялся или совершал преступление и его доставляли в райотдел. Поэтому у Нади были все шансы встретить праздник дома.

— Ну вот и хорошо. В случае чего я, конечно, на телефоне. И конечно, лучше тебе не звонить.

Мохова снова промолчала.

— Надежда, твое дежурство – это формальность, – поспешил добавить Сушин. – Это день ДПС, ППС и ИВС. На них все шишки. Если что серьезное, то разрулит розыск, если ерунда, то пэпсов хватит. Не переживай. Уйдешь в восемь домой, успеешь даже попраздновать нормально. А самый гемор всегда начинается как раз первого числа, а там уже я буду.

— Хорошо, спасибо…

От комитета дежурил Купчин, совсем зеленый следователь, который, к сожалению, плохо разбирался в своей профессии. Это было нормально, ведь в каждом деле есть свои гении, свои середнячки и свои неудачники, а распределяются по местам дислокации они по-разному. Борисовскому району повезло с инициативным и спокойным Кологоровым, эгоцентричным и ленивым, но качественно расследующим дела Мониным, должно было достаться и это в лице новенького; самым худшим было то, что свой непрофессионализм он компенсировал крайним высокомерием. От уголовного розыска – Краев, нелюбовь которого к комитетским и новобранцам втройне усилилась от общения с Купчиным и Моховой. Надежда искренне надеялась, что втроем выезжать им не придется никогда.

Маленькая группка учеников школы-интерната давно задумала побег. Двое девчонок и трое мальчишек несколько месяцев строили планы и откладывали деньги. Им хотелось провести Новый год шикарно, как в фильмах, которые они иногда смотрели на чужих планшетах.

— А кто от комитета дежурит? – поинтересовался Краев.

— Новенький. Купчин.