Онлайн книга «Убойная примета»
|
— Ты чего кричишь? – подал голос вышедший из кабинета Березяк. – Версии обсуждаются, зачем ругаешься? — Потому что нашли, на кого думать – на Егора! Ему на повышение идти, а вы собак спускаете! Демьяненко с удивлением посмотрел на Романа. — Что-то я не замечал, что вы с ним дружите. — Дружба не дружба, вы ерундой занимаетесь, а человека подставляете! У вас готовое раскрытие есть, даже жулик помер, а вы начинаете в речке ил мутить! — Это еще не доказано. — Не доказано! Восемь лет ничего не могли найти, а теперь вот – все на блюдечке, и не доказано! — Это и настораживает, что на блюдечке. — Рома, – осенило наивного Васю Березяка, – ты из-за явки беспокоишься, что на твоем дежурстве? Так не влияет… — Да ну вас! Дягилев махнул рукой и отправился в кабинет. Лицо Демьяненко приобрело выражение глубокой задумчивости. В это время к дому покойного Мышина подходил участковый Мелешко. Зайдя в палисадник, он сразу увидел на открытой веранде Арину. — Арина, здравствуй. — Здравствуйте, дядь Гриш. Арина выглядела ужасно – бледная, губы серые, волосы растрепанные. Только глаза выделялись – опухшие, почти щелочки, красные. Она аккуратно складывала на небольшом комодике вещи отца. — Я тут собираю, – попыталась улыбнуться она. – Все чистое. Отнесу в церковь, пусть там раздадут. Хотите чаю? — Нет, Арина, спасибо. Я вот что пришел… — Не могу поверить, что папы нет, – не слыша его, продолжила складывать вещи девушка. – И все говорят – он убийца… какой он убийца, дядь Гриш? Ну какой? То, что у него эту ерунду нашли – так это же он опять послать в издательство решил, к нему даже какой-то оперативник ходил, рассказывал, что да как… Мелешко насторожился. — Какой еще оперативник? — У папы мысль была последнее время, – грустно сказала Арина, глядя на одежду, – книгу о преступниках написать, только чтобы достоверно было. Вот нашел себе знакомого оперативника, тот ему рассказывал детали, подсказывал сюжет, а папа описывал… — Часто ходил, говоришь? А кто, как выглядит? — Не знаю, дядь Гриш, я же на работе постоянно. Сказал – молоденький совсем, мой ровесник. Все какие-то истории рассказывал. Вы же знаете, папа написал о девочках, которых убивали. – Арина вздохнула. – Об этом и книгу хотел. Говорил, будет нарасхват, потому что там… как он сказал… профессионализм сочетается с литературной речью. А они решили, что он… убийца. — А как звали оперативника? — Роман. Еще смеялся, что роман будет издан в сотрудничестве с Романом. Вечером Мелешко позвал Дягилева прогуляться на Темный ерик, где каждый хуторянин систематически то ловил рыбу, то разговаривал разговоры: плакучие ивы, коряги, мостки… По дороге к бетонному мосту-перемычке участковый с оперативником общались как хорошие знакомые. На мосту, облокотившись о перила, Мелешко посмотрел на Романа, не зная, как сказать то, о чем думает. — Рома, это ты, да? – уже зная ответ, обреченно спросил он. – Ты Мышина попросил все художественно описать? Сказал, что книгу его издадут? Или что на достоверность сначала проверят? Что ты сказал ему? Дягилев молчал, глядя вниз, на воду, сквозь которую просвечивало зеленоватое дно и где сновали мальки – в полмизинца, не больше. — А потом что сделал? Как можно было его заставить повеситься? Фото на память, что ли, для обложки? |