Книга Убойная примета, страница 63 – Дарья Литвинова

Звонок телефона не дал закончить мысль.

— Алан Теймурович, Горин беспокоит, начальник красносверского угро, – забасило в трубке. – К вам мой оперативник поехал, Хвалов его фамилия.

— Да, вот только что пообщались.

— Я вас убедительно прошу, попридержите его, пока мои ребята не приедут. Не пускайте в морг.

— Не понял? – осторожно переспросил Газиев, чуть не сказав: «Что за детский сад?»

— Он у нас… ему, в общем, нервничать нельзя. Волноваться.

— Да вы что! – При всем ужасе ситуации не смог удержаться начальник розыска. – Специальность по призванию!

— Нет-нет, – заторопился собеседник, – вы не подумайте. На работе он профессионал, но на личном себя не контролирует. Я вам честно скажу: они со своей невестой когда поругались, я уже рапорт на его увольнение подготовил, да меня отговорили. Раскрываемость у него превосходная. Но он такого натворил тогда, после их ссоры… пришлось на столько правонарушений на районе глаза закрыть, чтобы на него заявления не накатали…

— Вся раскрываемость вниз и пошла.

— Нет-нет! Алан Теймурович, не в службу, а в дружбу. Я потом лично к вам подъеду, объясню. Придержите его.

— Да придержу… – с досадой сказал Газиев и положил трубку. На часах было семь пятнадцать, а в семь шестнадцать позвонила дежурная часть: групповое изнасилование несовершеннолетней, подозреваемых знает и готова показать, мать рядом, рвется писать заявления во все инстанции. Дежурили сегодня, к счастью, Постовенцев и Джалимов; обычно их вдвоем, как сильных оперов, не ставили, чтобы один всегда был в резерве, но в этот раз Ковтуновский поменялся с Русланом, потому что ехал на свадьбу к брату, а Постовенцев отрабатывал вместо заболевшего Васи Березяка. Что бы он сейчас делал с Березяком и Ковтуновским, Газиев понятия не имел.

— Дежурных оперов найдите, и ко мне, – сказал он дежурному. – В кабинет обоих.

— Постовенцев на втором номере, не выезжал сегодня…

— Разбудите, и ко мне. Или нет, пусть на крыльце ждут, минут через пятнадцать сам выйду.

Постовенцев не спал, но все же не был в восторге от необходимости срочно мчать на работу, благо ехать было десять минут. Джалимов при разговоре присутствовал, поскольку как раз и опрашивал в дежурке заявительницу по изнасилованию. Через четверть часа они оба стояли возле крыльца угро и тревожно смотрели на спускающегося по ступенькам Газиева.

— Макс, Руслан, – поприветствовал начальник оперативников. – Видите, вон машина стоит? Там опер с Красносвера. Приехал на опознание убитой, что с бутылкой между ног.

— О! – оживился Постовенцев. – Как хорошо. А точно их потеряшка?

— Точно, – мрачно усмехнулся Газиев. – Невеста его.

— Чего-о?!

— Мне звонил его начальник, сказал, что парнишка неуравновешенный и может дел натворить. За ним уже выехали два сотрудника с его отдела, просил до их приезда в морг его не пускать.

— Невеста?!

— Что хотите, делайте, пока я отмашку не дам, чтоб он к моргу не приближался. На своей территории пусть его начальник отмазывает, а мне оно не надо, под чужими грехами подписываться. Я сейчас иду в дежурку, там износ. Посмотрю, что как. Гребаный четверг, не планерка бы, сам съездил… Дальше по ситуации, но красносверца из виду не упускайте.

— Так давайте я его на износ возьму, – предложил Джалимов. – Макс пусть доспит пока. В дежурку можете не ходить, я уже опросил.