Книга Убойная примета, страница 98 – Дарья Литвинова

— Егор? Да вы шо? Какой с него убивец?

— Возможно, и никакой. Нам необходимо проверить наши данные.

— Та то вы шось напутали.

Дядя-тракторист выглядел огорченным.

— Егор спокойный такой, – озадачилась и вторая понятая. – То, что он без женщины живет, так то после того, как жену схоронил… Так у нас каждый третий без женщины… Да не стал бы он.

— Мы отрабатываем версию, – разъяснял Постовенцев, – это не обязательно «искать улики», это отработка. Помните, года три назад мы подворные обходы делали? Никого же не арестовали!

— Да не приведи Господь, с убивцем рядом жить…

Главное действующее лицо появилось ближе к 18:00, с большим пакетом, из которого торчала ботва. Увидев возле своего дома толпу, Жонов спокойно продолжил путь, переложив пакет из руки в руку.

— Вечер добрый, старший следователь Желин, – представился следователь, когда фигурант поравнялся со своей калиткой. – В соответствии со статьей 182 УПК РФ в вашем жилище будет проведен обыск в случае, не терпящем отлагательства.

— Даже так. – Жонов был достаточно невозмутим. – А этот хоровод, – он обвел рукой собравшихся, – зачем? Вы показываете, что не зря получаете зарплату? Надо просить снизить налог, вас слишком много приезжает на одного гражданина. И в основном не туда, куда надо.

— Участвующие в производстве обыска лица представятся согласно протоколу. – Желин, как всегда, был невозмутим. – Перед началом обыска…

Соблюдя все формальности, которые заняли довольно длительное время, группа наконец двинулась к дому. Жонов был напряжен, но не больше, как и любой человек, в вещах которого собирается рыться следственно-оперативная группа.

Тщательный обыск веранды и прилегающих к ней туалета, маленького погреба в полу в коридоре, а также в ванной ничего не дал. Желин переместился в маленькую комнатку, почти келью. Табурет, длинная скамья вдоль стены, шкафчик. Жонов смотрел на следователя с презрением. Комната была обстукана, осмотрена, на каждой половице покатались. Жонов отпускал ехидные комментарии, настраивая и понятых на несерьезный лад.

Вторая комната, побольше, тоже – никаких результатов. Третья… На четвертом часу понятые попросили перерыва, перерыв Желин не дал, продолжил осматривать.

Все же спустя четыре с половиной часа вышли на крыльцо, кто-то закурил, кто-то попил водички. Желин молчал, сосредоточенно думал.

Продолжили следственное действие, прошли в кухню. Джалимов про себя жалел, что оставил пакеты с наркотиками в машине. Постовенцев поначалу следил за мимикой Жонова, но потом сдался. На этот раз пустышка, но хотя бы нервы правдорубу потрепали.

— Понятые, – голос следователя был бесстрастен, – прошу подойти поближе. Гражданин Жонов. Можете ли вы объяснить, что это за предметы, откуда они у вас, при каких обстоятельствах получены?

Нижняя панель духовки открыта, вытащены два чугунка, скрученный пергамент, грязная тряпка, камень, еще тряпка – а в тряпке…

— Чей это паспорт? – спросил Желин.

И тут за считаные секунды произошло следующее: Жонов, оскалившись, оттолкнул следователя, схватил с плиты сковородку и с размаху ударил стоящего к нему ближе всех Постовенцева по голове. Тот осел, понятые заверещали, а Жонов, размахнувшись, швырнул сковороду в Джалимова и кинулся на улицу.

Тот – за ним. Постовенцев, схватившись руками за голову и с трудом поднявшись, – следом. Джалимов чудом догнал мужчину у самой калитки, повалил, тот вцепился зубами ему в кисть.