Книга Во имя народа, страница 12 – Чжоу Мэйсэнь

Ли Дакан же, напротив, ничуть не спешил, продолжая рассуждать. Он не согласился с позицией Цзи Чанмина и твердо поддерживал решение предварительно разобрать дело Дин Ичжэня на провинциальной дисциплинарной комиссии. Идея состояла в том, что рассмотрение на комиссии давало возможность занять более активную позицию в расследовании и взять ситуацию в свои руки. Ци Тунвэй одобрительно поддакивал, мол, соображения секретаря Ли весьма обстоятельны…

Чэнь Хай больше не мог слушать аргументы Ци Тунвэя о том, насколько обстоятельны соображения секретаря Ли, и, выдохнув, встал:

— Фух… Ладно, ладно, разбирайте, всё равно так или иначе дело сначала нужно взять под контроль…

Неожиданно Гао Юйлян покосился на него:

— Чэнь Хай! Куда торопишься? Такое важное дело нужно как следует обсудить.

Секретарь Гао до решающего момента не раскрывал карты; покритиковав в нескольких словах ученика, он, пользуясь случаем, изменил ход обсуждения и изложил наконец открыто собственную позицию:

— Коль скоро возникли разногласия в подходах, следует быть осторожными; нужно запросить указаний секретаря парткома провинции товарища Ша Жуйцзиня!

Договорив, он поднял трубку стоящего на столе красного телефонного аппарата закрытой правительственной связи.

Так вот оно что! Учитель хочет переложить ответственность на вышестоящее начальство! Значит, то, что он говорил прежде, – это ложное сочувствие к Ли Дакану, а ученика он критиковал всего лишь для вида. Чэнь Хай вздохнул: учитель умен… Впрочем, как бы иначе он мог стать настолько неубиваемой фигурой в университете провинции и в ее чиновничьих кругах?

Участники совещания были чиновниками: увидев, как секретарь Гао поднял трубку красного аппарата закрытой связи, они сразу же начали расходиться, как по команде покидая помещение. Ли Дакан, не в силах изменить привычке старого курильщика, в весьма подавленном настроении удалился в приемную напротив. Ци Тунвэй отправился в туалет. Цзи Чанмин прохаживался в коридоре между офисом и туалетом. Чэнь Хай, беспокоясь о сложившейся ситуации, пользуясь случаем, вышел из второго корпуса позвонить… В мгновение ока в огромном помещении кабинета остался один Гао Юйлян. Набирая номер секретаря Ша Жуйцзиня, он между делом примечал для себя детали поведения сотрудников.

Оказавшись во дворе второго корпуса, Чэнь Хай глубоко вздохнул. Он был расстроен, огорчен и в высшей степени недоволен собой. В решающий момент в процессе беседы он занервничал и показал зубы. Перечить на служебном совещании члену Постоянного комитета секретарю Ли, получить замечание секретаря Гао, вызвать откровенное недовольство начальства – ну и как же теперь двигаться дальше? Чэнь Хай специально готовил себя, настраивался, чтобы в спорной ситуации не быть нетерпимым к чьей-либо позиции, не обидеть или не задеть кого-нибудь… Нужно быть не таким, как отец. Но легче двигать реки и горы, чем изменить собственный характер. Доставшаяся от отца горячая кровь в определенное время непременно закипит.

Чэнь Хай и правда едва вынес это бесконечное совещание. Он сгорал от нетерпения. Не дай бог, потеряют Дин Ичжэня – Хоу Лянпин порвет его в клочки! Тем более, что его однокашник Хоу восседает на Олимпе – как-никак начальник следственного отдела Главного управления по противодействию коррупции! Как глава Департамента по противодействию коррупции провинции, Чэнь Хай испытывал пиетет к Главному управлению и был весьма недоволен волокитой местного руководства провинции.