Онлайн книга «Во имя народа»
|
— Вовсе нет, всё это санкционировал Гао Юйлян, и сделал это лишь после перевода отсюда Ли Дакана. — Разве Ли Дакан не первый секретарь Чжао Личуня? Как это он не санкционировал строительство? – удивился Ша Жуйцзинь. — Мнения об этом деле расходятся, какова его истинная подоплека, остается неясным, – ответил И Сюэси. Ша Жуйцзинь, глядя на воду, вновь обратился к Тян Гофу: — Гофу, ты не находишь, что это очень интересная история? Ли Дакан – и мэр, и секретарь Чжао Личуня, но не одобрил ни устройство прибрежного парка, ни строительство гастрономического городка для отпрыска семьи Чжао. А вот товарищ Гао Юйлян, напротив, всё это санкционировал – разве это не наводит на размышления? Тянь Гофу многозначительно согласился: — Еще как наводит, товарищ Ша Жуйцзинь! Судя по тому, что я выяснил за это время, именно с тех пор и пошел обычай вводить секретаря горкома Люйчжоу в Постоянный комитет! Именно из Люйчжоу товарищ Гао Юйлян вступил в члены Постоянного комитета, затем стал секретарем политико-юридического комитета провинции и заместителем секретаря парткома провинции. Ша Жуйцзинь долго молчал, затем переменил тему разговора. Зная, что И Сюэси когда-то работал в одной команде с Ли Даканом, он спросил: — Товарищ И Сюэси, ты ведь в молодые годы был руководителем Ли Дакана? Расскажи-ка, как ты оцениваешь своего коллегу? И Сюэси задумался: — Ну, как вам сказать? В Ли Дакане есть дух первооткрывателя, есть профессионализм, но он довольно деспотичен. Когда мы с ним работали в одной команде, я был секретарем парткома уезда, а он – всемогущим начальником уезда, и я во многом к нему прислушивался. Ша Жуйцзинь повернул с другой стороны: — Потому что Ли Дакан работал помощником Чжао Личуня? Имел политический ресурс? Пожалуйста, скажи честно. И Сюэси, подумав, признал: — Есть такой фактор. Только тогда это называлось не политическим ресурсом, а блатом. Однако всё происходило не совсем так. На самом деле я необычайно восхищался Ли Даканом, потому что он работал для людей. Как только он прибыл к месту службы, сразу же предложил проложить дороги между важнейшими поселками и деревнями Цзиньшаня с уездным городом. Я не хотел, чтобы расходы легли на плечи местных жителей, боялся хлопот, не одобрял аккумулирование капитала за счет добровольно-принудительных пожертвований для строительства, а Ли Дакан раз за разом приставал ко мне с этим предложением. Объяснял, что природные условия уезда Цзиньшань не особенно благоприятные. Даже если есть риск, нужно взять на себя историческую ответственность, поставить на кон свою судьбу и сыграть грандиозную партию. Ша Жуйцзинь улыбнулся: — И в итоге Ли Дакан, имевший блат и желавший действовать, убедил тебя? И Сюэси кивнул головой: — Да, в обычное время Ли Дакан говорит не особенно много и кажется человеком равнодушным, но как только коснется дела, он вспыхивает, и его несет без остановки в благородном порыве. Он даже доверительно шутил: мол, почтенный И, я под пистолетом должен принудить тебя повести нас в атаку на штурм вершин! — О том, что произошло потом, я слышал, – остановил его Ша Жуйцзинь. – Чтобы собрать средства, начудили так, что это стоило человеку жизни? — Да, это произошло во время строительства второй очереди объекта. Мы с заместителем начальника уезда Ван Далу выступали против таких действий. Нельзя злоупотреблять людскими силами и людским капиталом, нужно двигаться постепенно! А Ли Дакан не слушал, за рулем единственного в уезде старого джипа пролезал в горах повсюду, с людьми говорил резко, будто боем руководил! |