Книга Во имя народа, страница 256 – Чжоу Мэйсэнь

Чжао Жуйлун знал, что начальник Департамента общественной безопасности Ци Тунвэй пользовался жестокими методами, поэтому он объяснился одним махом, чтобы действительно решить вопрос с этим зловредным почтенным Ду, все еще не вернувшимся и остающимся в Гонконге. Теперь, когда с угрозами Ду Бочжуна проблема разрешилась, он завтра-послезавтра вернется на континент, а когда они встретятся, обсудят всё подробнее! Ци Тунвэй выслушал и, не сказав ни слова, повесил трубку. Чжао Жуйлун на время замер с мобильником в руке.

В этот момент прозвенел дверной звонок. Проститутка пошла открывать дверь. Вошел красивый официант с подносом в руках, на подносе лежал букет свежих цветов и твердый конверт. Чжао Жуйлун спросил:

— Кто прислал?

Официант сказал:

— Один господин.

Чжао Жуйлун решил, что это в качестве раскаяния прислал Ду Бочжун: они всё ж таки заключили мир, и почтенный Ду просто обязан выказать почтение. Он принял цветы и конверт и дал официанту гонконгскую стодолларовую купюру на чай.

После того как официант вышел за дверь, Чжао Жуйлун полностью разделся. Расслабившись всем телом, он, лежа на софе и давая девице мягкими руками разминать и массировать себя, без особого внимания открыл конверт. Из конверта выкатились три желтые пули и со стуком упали на пол. Они напомнили о почтенном Гао. Проститутка, будто получив одну из пуль, вскрикнула от страха и мягко осела на пол…

Чжао Жуйлун тоже испугался – той же ночью собрал вещи и вернулся обратно на континент.

Утром Ци Тунвэй, едва поднявшись, сразу приехал в плавательный бассейн загородной виллы «Шаньшуй» – он привык размышлять во время занятий спортом. В помещении – ни души, поверхность чистой голубой воды в бассейне – ровная, как зеркало. Даже при двадцати пяти градусах тепла при входе в воду ощущалась прохлада. Ци Тунвэй, энергично взмахнув руками, нырнул. Делая мощные гребки, он быстро поплыл вперед – вместе с телом мозги, подобно мотору, тоже пришли в движение.

Нынешняя ситуация, можно считать, хорошая. Вернулся напуганный тремя пулями Чжао Жуйлун. Секреты почтенного Ду им выкуплены. Ша Жуйцзинь засветил свою скрытую карту и не желает ссориться с учителем Гао и Ли Даканом, еще менее он желает вызвать недовольство Чжао Личуня. Обстоятельства, похоже, изменились к лучшему. Но на душе у него по-прежнему оставалось неясное беспокойство – он подозревал и Ша Жуйцзиня, и Хоу Лянпина. Главное всё-таки – Хоу Лянпин, он предчувствовал, что этот однокашник не сможет примириться с поражением. В конце концов, Хоу Лянпин – из Главного управления по противодействию коррупции Верховной прокуратуры, и даже если Ша Жуйцзинь придержит последний козырь, не желая бить, никто не может поручиться, что этот обезьяна Сунь не ударит. Ключевой момент – два свидетеля. Их не нашли, и это огромная проблема. Нет ли здесь подвоха? Как могли одновременно исчезнуть два свидетеля? Не проделки ли это Чжао Дунлая? Почему он, задействовав всю систему общественной безопасности провинции, так и не нашел их?

Кажется, учитель подошел к делу недостаточно внимательно, не подумав, что согласие Хоу Лянпина вернуться в Пекин может быть дымовой завесой. Неужто столь упорный противник так легко согласится уйти с лэйтая^[109]? Ци Тунвэй не мог быть невнимательным, это касалось его личной судьбы и семьи, касалось результатов, которых он добивался всю жизнь. Он должен быть бдительным. Сейчас главная задача – найти свидетелей. Это козырная карта, которая могла определить победу или поражение. Лишь бы эти двое свидетелей попали ему в руки – и проблема исчезнет, у него сколько угодно методов заставить их дать нужные показания. Но если свидетелей найдет Хоу Лянпин, тут уж вряд ли можно поражение превратить в победу! Ци Тунвэй погрузил голову под воду. Медленно выпуская пузырьки воздуха, он сосредоточился на мысли: каким должен быть следующий шаг? Как найти этих двух свидетелей?